– Завтра ты получишь неприятное известие, – меланхоличным голосом сообщила она. – Твоему начальнику прибавится работы. И соответственно тебе.

– Что же такое случится?

– Очередная катастрофа с самолетом. Впрочем, она уже произошла, но ты узнаешь о ней завтра утром.

– Ну, это у начальника прибавиться работы!

– И у тебя, Георгий-победитель. Потому что упал военно-транспортный самолет, который ты сегодня отправил с аэродрома.

– Упал? Отчего же он упал?

– Бывает же, падают самолеты. Может, изношенные турбины, недосмотр авиатехников, ошибки пилотов. А, может быть, и взорвался в воздухе. Груз-то тщательно не проверен, и среди электронной аппаратуры, в каком-нибудь блоке оказалась… бомба! Ба-бах – и все в пыль.

– Занятная картина… Самое главное, это возможно.

– А что я говорю?.. Сначала ты начнешь носиться по всему «бермундскому треугольнику», потом будешь отписываться, отчитываться перед Москвой до глубокой ночи и в результате тебя заподозрят… нет, пока не в измене. А просто заподозрят – надо же из кого-то делать крайнего. Ты же в этой ситуации на самом деле крайний. Все труды – насмарку! Вроде бы одолели «дракона», свернули ему огнедышащую голову, а вышел пшик. Вещественные доказательства превратились в пепел, развеянный по ветру, тела диверсантов в биомассу. На землю упадут лишь обломки дюраля да куски нержавейки. От космического корабля. Но самое обидное, из-за тесноты в пассажирском самолете, все собранные на месте материалы тоже оказались в военнотранспортном.

– Сказка замечательная, – похвалил Поспелов. – С детства люблю страшные сказки, особенно про богатырей и драконов. Значит, одну голову отрубишь две вырастают?

– Примерно так – две, три, четыре…

– Сказка ложь, да в ней намек. Добрым молодцам урок.

– А ты не тужи, добрый молодец. Иди да спать ложись. Дело-то само все и образуется.

– Спать, разумеется, с тобой?

– Нет, я сегодня не хочу, да и условия тут… антисанитарные. Иди к своей сучке.

Георгий похлопал по мешку – поднял пыль.

– Да, условия тут… Поди, еще и мыши скребутся? А когда скребутся, мне ни за что не уснуть.

– Не уснуть, когда кошки скребутся, – поправила она. – На душе.

– Вот, а ты меня спать посылаешь! Научи тогда, что делать, чтобы не скреблись кошки.

– Нет, погибай вместе со мной. Я тебя не отпущу.

– Какая зловредная девчонка. Просто собака на сене!

Она вдруг весело и откровенно рассмеялась, захлопала в ладоши.

– Угадал! Когда-то мне очень нравился этот спектакль. А от Дианы я была просто в восторге! Какая утонченная женщина, какой изобретательный ум. И очарование!.. Ты мне сделал приятное! Спасибо. Иногда ты мне нравишься, особенно если хочешь что-нибудь вытащить из меня и проявляешь наивную хитрость, играешь словами или… руками и губами. Я люблю грубых мужчин, а ты умеешь в такие минуты быть ласковым и грубым. И я немного забываюсь.

– Растаю от комплиментов!

– Честное слово, я научила бы тебя, как избавиться от бессонницы, но ты не примешь мой совет.

– Посоветуй, может и приму!

– Бесполезно… В начале успокоишься, но потом такие тебя кошки заскребут – застрелишься!

– О! Заинтриговала. Говори!

– Ладно, – она сама сейчас напоминала мягкую кошку. – Пока о катастрофе ничего не известно, доложи своему Цыгану, что агент Рем перевербована, давно работает на противника и ты взял ее с поличным во время передачи информации.

И тебе удалось расколоть предателя, который и сообщил, что на борту военнотранспортного самолета среди груза находится взрывное устройство с большим зарядом. Теперь уже можно: катастрофа произошла. Ты первый поднимешь тревогу и потому станешь первым, а не последним, то есть крайним. Сам избавишься от беды и спасешь начальника своего.

Он выслушал Машу с большим вниманием и неожиданно погладил ее руку.

– Резонно, Машенька. Ты умница… Но я должен, в таком случае, немедленно сдать тебя, переправить в Москву, и чтобы ни один волосок с твоей головы не упал.

– С волосками труднее, – заметила она. – Твоя эта сучка попортила мне прическу…

А в остальном – да. Разумеется, сдать.

– И ты думаешь, я смогу это сделать?

– Ну если не сможешь – не знаю, как и помочь тебе.

– Что-то я не понимаю: ты авантюристка или мазохистка?

– Ни то и ни другое, Георгий, – Маша взяла его руку и дотронулась ею до своей груди – ошутился твердый сосок. – Скорее, я нимфоманка… А вообще, я Диана, вскормленная волчицей.

– Любопытный образ, – оценил он. – Оригинальный… Только какая Диана? Героиня Лопе деВега или богиня охоты?

– Богиня охоты и трехдорог. И еще – олицетворение Луны. Люблю ее изменчивый, призрачный свет, очарование теней и скрытых страстей.

– И как же тебя сдавать, такую дуреху?

– Молча, стиснув зубы и думая о чем-нибудь приятном. Точно так же, как если бы ты закапывал человека живьем.

– Не смогу, – признался Георгий. – В самый последний момент рука не поднимется.

– Жаль.

– Жаль, что не смогу?

– Да нет, жаль, что ты слабый человек. И робкий, не уверенный в себе мужчина, – она продолжала ласкать себя его рукой. – Я вас всех презираю. Вы не способны уже ни к чему, пресные, рафинированные люди. И чувства у вас точно такие же. Вообще вы потеряли право на жизнь и обязаны освободить жизненное пространство для людей, сильных духом, для молодой, дерзкой и азартной нации. Я устала жить среди вас. Каждую минуту ощущаю, будто пачкаюсь в вашей слюне. Обтираюсь и снова пачкаюсь, потому что вы бесконечно пускаете пузыри, думая, что спасаете и храните духовность, благородство, честь. Какая честь, если нет силы и смелости гунна?.. Вы умерли! Вы скелеты…