Бейрут кричал, багровея лицом, трясущиеся плечи провалились во впалую грудь. Чёрная сеточка кровеносных сосудов проступила сквозь тонкую покрасневшую кожу лица.

— А я всё-таки буду настаивать, — пробормотал профессор, в очередной раз пытаясь высказать своё мнение.

— Может, проголосуем? Как решит большинство, так и поступим, — предложил Ванькин.

Он внимательно следил за изменяющимся лицом Бейрута.

— Не буду я голосовать, — запротестовал тот, выставив руки перед собой.

— Это ещё почему, — неожиданно заинтересовавшись, спросил Медведев.

— Не устраивает меня подобная формула решения вопроса, — нехотя отвечал хакер, расслабляясь.

Вымученно улыбнувшись, он коротко мотнул головой, словно прогоняя неприятные ощущения. Улыбнулся.

— Всех и всегда устраивала, а нашего умника не устраивает, — процедил сквозь зубы Ванькин.

— Вот именно — всех! — выкрикнул Бейрут. — Я так полагаю, подо «всеми» наш друг Ванькин имеет в виду большинство народонаселения. Так?

— Всяко! — подтвердил Илья.

— Дружище, а ты в курсе, что это твоё большинство не совсем адекватно? — поинтересовался Бейрут, обращаясь к Ванькину.

— Сам придумал, или кто подсказал? — Илья лениво уставился на хакера немигающими глазами.

— Есть такая наука, если кому неизвестно, называется психиатрия. А дядьки, занимающиеся ей, называются психиатрами, а не психами, — Бейрут в очередной раз повернулся к атлету. — Они, кстати, и доказывают, что нормальные — не требующие наблюдения психиатров — люди составляют от общего числа народонаселения от двадцати пяти до сорока процентов. Остальные либо требуют лечения, либо не опасны окружающим, но нуждаются в помощи всё тех же психиатров.

— А голосование здесь причём? — зло пробурчал Илья.

— Да при том! — хакер возмущенно взмахнул руками. — Ненормальное большинство всегда побеждает нормальное меньшинство. Неадекватные решают, как жить здоровым, определяют нормы поведения, принимают законы, по которым живут люди. Только потому, что их больше!

— Может и не совсем сумасшедшее большинство, но то, что ненормальное, точно! — поддержал друга Жора.

На несколько минут в воздухе повисла напряженная тишина.

— Да ну вас! — воскликнул не желающий соглашаться Илья. — Если даже и правы ваши психиатры, то наверняка дураки дома сидят, стараясь не светиться. Кому в дурку раньше времени охота?

— В том то и дело, — продолжил Бейрут с видом лектора, выступающего перед студентами-медиками, — что для большинства медицинская помощь требуется едва ли не с пелёнок: и чтец, и жнец, и на дуде игрец — все с одинаковой вероятностью попадают в «подозрительную группу».

— Да вы посмотрите на наше телевидение, — поддержал друга Жора. — Это же круглосуточный репортаж из психиатрической больницы!

— И?! — поинтересовался профессор.

— И именно поэтому я никогда не участвую ни в каких голосованиях и опросах.

— П Р И Н Ц И П И А Л Ь Н О! — заявил Бейрут серьезно, но в глазах его плясали весёлые чертики.

— Ну мы то с вами! — выкрикнул Ванькин, поднимаясь со стула. — Не дураки и не психи!

Жора грустно улыбнулся, отодвигаясь подальше от напрягшегося здоровяка.

— Конечно! Представители большинства даже в мыслях не допускают своей ненормальности, — произнёс он, уставившись на Ванькина…

Тот открыл рот, чтобы ответить какой-нибудь гадостью, но профессор не дал начаться словесной эскападе.

— Тогда скажите мне на милость, как? — начал Медведев, но его остановил Бейрут, выставив перед собой открытую ладонь.

— Думаю, есть два пути решения спорных вопросов. Выбор текущего лидера с неоспоримым авторитетом в решаемом вопросе. Либо определение усредненно-мудрого и опытного во всех сферах жизни человека, которому передается вся полнота власти, — ответил он на недосказанный вопрос профессора.

— А как ты будешь выбирать этого авторитета, если голосования не будет? — поинтересовался довольный собой Илья. — Доверишься психам?

Профессор одобрительно кивнул, поддерживая Ванькина.

— Дружище! — серьезно произнёс Бейрут. — Предположим, нашему маленькому отряду нужно решить вопрос о возможности использования математических алгоритмов в обработке дискретного видеопотока.

— Ну и? — Илья вопросительно выпятил массивную челюсть.

— По-твоему, кто в этот момент должен иметь право решающего голоса? Думаю, у тебя не возникнет искушения взять руководство в свои руки.

— Всяко нет! — отрицательно покачал головой Ванькин.