шахматную фигурку. Лесс внимательно оглядела поле их боя, понюхала пешку и

попыталась забрать коня, но получила по пальцам и передумала. Пристроилась на

подлокотнике кресла. Потягивая нектар, вновь оглядела собравшихся, прикидывая, с

кем бы порезвиться. И заметила сидящего на подоконнике смуглолицего, худого Варн

с длинными черными волосами. Он держал в руках толстый потрепанный том и что-то

разглядывая в нем, листал желтые страницы.

Еще один гость?

— Познакомься — Хоф. Наш брат. Он был ранен и спал, потому вы не виделись. Но

сейчас он в порядке. Принимай еще одного сородича, — потирая подбородок в

раздумьях над партией, сказал Майгр.

— Не советую к нему лезть, — предостерег Урва, но уже в спину подопечной. Та

полетела знакомиться, бросив шахматистов. Села на подоконник рядом с новеньким и,

склонив голову, с дружелюбной улыбкой принялась изучать его лицо, надеясь, что

тот заметит ее и ответит тем же дружелюбием. Возможно, поиграет с ней в то, что

играет сам. Но Варн даже не пошевелился, продолжил изучение желтых листов и,

казалось, не замечает Лесс. Она с минуту поскучала в ожидании и потянулась к

новому брату, заглянула в раскрытые страницы.

— Что это? — ткнула ноготком в россыпь знакомых букашек. Варн поднял взгляд.

— Вергилий, — разжал губы после минутного изучения физиономии Лесс.

— А-а, — протянула настораживаясь от нотки неприязни, что слышалась в его

голосе. — Они все Вергилий? — царапнула ноготком по странице.

— Это буквы!

Лесс сдуло к стене. Она растерянно хлопнула ресницами, решительно не понимая,

чем заслужила недовольство и вызвала явную неприязнь.

— Ты голодный, да?

— Нет!

Лесс начала злиться: тогда что он кричит?

— Ты не должен на меня кричать.

— Кому я должен, всем прощаю. Не смей мне указывать, что делать!

— Я твоя сестра…

— Ты сосунок! Твое место в постели! Пошла вон от меня!

Лесс зашипела от злости, не понимая причину его криков, да, и не желая уже ее

понимать. Из вредности тяпнула толстый том с колен хама, хотела подразнить и

получила серьезную плюху. Три ногтя вскрыли ее щеку и отправили на пол.

Хоф бил всерьез, не как брат, а как враг. С таким отношением в собственном клане

Лесс еще не сталкивалась и растерялась. Хоф предостерегающе рыкнул на нее и

вновь открыл том, принялся глазеть в него, как ни в чем не бывало.

Варн посмотрела на Майгр и Урва, желая разъяснений и заступничества. Те делали

вид, что не видели, не слышали случившегося. Лесс поднялась, решив пожаловаться

Бэф.

— Плохая мысль, — предостерег ее Урва, — Варн, что не может постоять за себя,

бесполезен для клана. Бэф еще добавит тебе…

— За то, что жалуешься на своих, — кинул Майгр, покосившись на нее через плечо.

Лесс замерла — значит, разбирайся сама? Либо глотай оскорбление, спускай

подобное отношение, либо воздай должное.

`Значит', - прищурился Урва.

`Но я слабее его'.

`Ну, если ты так думаешь, то зализывай раны и обходи Хоф стороной'.

Лесс нахмурилась: перспектива поджать хвост, как и быть растерзанной более

сильным, не менее чем столетним Варн, ее не прельщала.

`Ему примерно сто пятьдесят', - уточнил Урва.

`Тем более силы не равны', - с сожалением вздохнула Лесс и качнулась в сторону.

Урва потерял к ней интерес и вернулся к партии с Майгр. А тот и не отвлекался,

видимо, сразу просчитал, что станет делать Лесс, поэтому не стал терять время на

ожидание, и, казалось, выражал презрение к ней всей позой.

Лесс, раздув ноздри, вдруг кинулась на Хоф, отправила его неожиданно сильным

ударом в окно, подхватила падающий том и кинула об стену.

Рык вернувшегося Хоф наполнил залу. Варн насторожились, перестав кидаться