Анна осталась одна. Она сидела, отрешенно разглядывая разбросанные на полу игрушки, и продолжала искать объяснение сегодняшним странностям. Но ничего не выходило. Она так разволновалась, что почти решила уйти обратно в госпиталь. Обладай Анна решительным характером, она бы так и поступила, но вместо этого продолжала сидеть на диване и мучиться, изводя себя одними и теми же вопросами: Почему? Как? Что?

Спустя четверть часа вернулись София и Тревис.

— Ты ему понравилась, — сообщила ей сестра. — Вообще-то, Брайан не очень общительный ребенок.

— Я рада.

Тревис снова уселся в кресло.

— Завтра должны привезти продукты, — сказал он. — Майерс хочет, чтобы мы пришли к десяти.

— Значит, надо быть в девять?

— Да.

— Ладно. Я тебя разбужу.

София потерла виски.

— Что-то у меня весь вечер болит голова, — сказала она. — Схожу за аспирином.

— И мне захвати! — отозвался Тревис.

— И у тебя болит? Странно. А ты как?

— У меня все нормально, — ответила Анна.

— Хорошо.

— Что там, в Санта Розита? — спросил Тревис, когда София вышла. — Говорят, город разрушен?

Анна внутренне напряглась: к такому разговору она не была готова. Слухи о событиях в Санта Розита до нее дошли, но это были лишь слухи. Тревис мог быть осведомлен гораздо лучше, чем она. Она мучительно думала, что же ему ответить, когда вошла София.

— Вот, — она протянула Тревису таблетку и стакан воды. — Думаю, нам всем стоит пойти спать. День был суматошный, а тебе завтра рано вставать.

— Да, — согласился Тревис. — Пожалуй.

София отвела Анну в предназначенную для нее комнату. Она находилась в том же коридорчике, напротив ванной.

— Извини, здесь не прибрано, — сказала она. — Я не ждала гостей.

— Ничего.

— Я сейчас принесу белье.

София вышла. Ожидая ее возвращения, Анна стала смотреть в окно. На улице горели фонари, освещая военные автомобили. Жителей почти не было заметно: очевидно, все разошлись спать. По дороге проехала «скорая помощь» с выключенными мигалками. Солдаты равнодушно проводили ее глазами.

Тихо скрипнула дверь.

— Вот.

София положила белье на кровать и тоже подошла к окну.

— Что там?

— Ничего. Все тихо и мирно.

— Даже не верится, что все закончилось. Для всех нас, кто жил здесь последние годы, это просто чудо.

— Да. Чудо.

София повернулась к ней.

— Я рада, что ты приехала, сестренка. Я скучала по тебе.

— Я тоже.

Они обнялись.

— Наверное, теперь все будет хорошо.

— Я в этом уверена.

— Тогда, спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

София ушла. Анна застелила кровать, разделась и с наслаждением растянулась на чистых, пахнущих чем-то приятным простынях. Как хорошо было лежать в постели после всех этих ночевок в пустыне. Как это хорошо — быть дома.

Она уже почти заснула, когда в голову снова полезли мысли о Софии и о том, как она изменилась. Эти изменения очень тревожили Анну, и она мучалась, пытаясь найти им объяснение. Но его не было. И от этого она мучалась еще больше. Прокрутившись в кровати целый час, окончательно измученная сомнениями и страхом, она, наконец, заснула.

Ее разбудил солнечный свет, льющийся из окна. Анна потянулась и посмотрела на часы в виде кота, стоящие у нее на тумбочке. Усы-стрелки показывали шесть минут одиннадцатого. Анна вскочила и начала спешно одеваться.

Ее ночные размышление не были бесполезны. Одно решение она приняла — надо поговорить с Фришером. Рассказать ему все.

«И пусть он сам решает, сумасшедшая я или нет!»

Когда она, умывшись, вошла в гостиную, то обнаружила там сестру, наполовину лежащую на диване. На лбу у нее была тряпка. Выглядела София неважно: ее лицо сделалось каким-то серым, под глазами наметились темные круги.

— Привет, — сказала Анна. — Плохо себя чувствуешь?

— Голова раскалывается. Наверное, давление.

— Может тебе сходить к врачу?

— Если к вечеру не пройдет, схожу.

— Как Тревис?

— Вроде бы, ничего. Точно не знаю, он встал, когда я еще спала.

— А Брайан?

— Он у соседей. Ты будешь завтракать?

— Да. Но ты сиди — я сама.

— Ничего. Я тоже еще не завтракала. Надо выпить кофе, может быть, полегчает.

Они устроили себе скромный завтрак с хлопьями. София молчала, отхлебывая кофе маленькими глотками, и все время терла лоб.

— Мне нужно отлучиться ненадолго, — сказала Анна. — У меня в городе дела.