Я, наконец, оказался рядом с Миком. Приложив руку к его губам, я ощутил едва заметную щекотку на коже: он был жив, и Алиса тоже. У них даже кровь из носа не пошла. Какое-то время я старался растолкать Мика, но у меня так ничего и не вышло. В бессилии я упал на спину. Небо было чистым, как никогда. Надо срочно отсюда сматываться, — пришла безразличная мысль.

В нос ударил резкий неприятный запах. Разложение? Нет, невозможно так быстро. Откуда ни возьмись — видимо, от страха — у меня нашлись силы подняться на ноги. Закружилась голова, с десяток секунд я думал, что вновь окажусь на земле, но этого все-таки не произошло. Вместо этого меня вырвало. За то недолгое время, что я боролся с собственным желудком, вонь успела усилиться многократно. Первоначальная догадка оказалась верна — пахло действительно от трупов, только не от человеческих.

Твари превратились в одну большую лужу мерзкой сероватой жижи. Ближний к луже ствол дерева мгновенно начал гнить. Ниже первых ветвей коры уже не было. Каждый падающий в жижу лист немедленно в ней растворялся. Я совершенно четко осознал, что здесь больше оставаться нельзя, но ведь есть еще Мик с Алисой, — не было даже мысли, чтобы оставить их…

Где-то невдалеке послышалось лошадиное ржание. Может, я все-таки зря не почитаю Мааса?

— Спасибо, — шепнул я желтому глазу бессмертного. От подарков я отказываться не собирался.

Я пошел в противоположную от разлагающихся тварей сторону — оттуда я слышал ржание. Пришлось поблагодарить Мааса еще раз, потому что прекрасный степной скакун даже и не подумал от меня убегать — только сердито фыркнул, когда я, взяв его за уздечку, оторвал от пожухлой зимней травки.

— Мешок овса с меня, — пообещал я ему. В ответ он посмотрел недоверчиво, но все-таки соизволил пойти за мной.

До Мика мы дошли только благодаря поддержке моего нового друга. О том, как я взваливал Мика и Алису на лошадиную спину, лучше никому и никогда не рассказывать. Слишком уж убогое это было зрелище.

Наконец закончив, я взял коня за уздечку и уныло побрел в противоположную от Лига сторону. Вскоре я запнулся о чей-то относительно целый труп кого-то из кочевников: кроме головы все было на месте. На поясе мертвеца висели пара кинжалов и столько же метательных ножей. Оставаться совсем без оружия — в сумках на лошадиной спине, в которые я успел заглянуть, были только одеяло, кастрюлька с несколькими ложками и немного еды — мне ничуть не хотелось, и потому, преодолев себя, я повозился, но все же сумел отстегнуть от покойника пояс. Конечно, у Мика все еще был меч, но одного клинка на двоих нам с ним явно было бы мало. В последнее время нам вообще редко удавалось разрешать возникающие жизненные трудности без применения оружия. Не тратя лишних сил, я закинул пояс в одну из сумок. Мы двинулись.

Впереди была длинная ночь.

1115 г. Термилион. Дорога Лиг — Туалон.

3 день 2-го месяца.

Пробуждение

Сон был ужасен. Страх… боль… чьи-то крики… Тварь. Взгляд. Ее кто-то искал, с каждой секундой цель поисков все ближе…

Алиса проснулась.

В глаза бил яркий свет, Алиса надвинула одеяло на лицо, но тут же откинула его обратно — уж слишком разило от него лошадиным потом, пришлось зажмуриться. Она лежала на траве, где-то рядом трещал костер. Кажется, чем-то пахло. Еда?.. Как же хочется есть! Сделав над собой усилие, Алиса открыла глаза, рывком села.

Она находилась на небольшой лесной полянке, которую с трех сторон окружал молодой сосновый лес, а с четвертой — узкая мелкая речушка с дном из мелких камней. Рядом с водой щипал травку великолепный буланый жеребец степной породы. В паре метров от нее горел небольшой костерок, с подвешенной над ним маленькой кастрюлькой. С другой стороны от костра, в непосредственной близости от огня, стоя на коленях, помешивал кипящее в кастрюле варево Кай… Внезапно Алисе во всех подробностях стал вспоминаться вчерашний вечер… Тварь! Так это был не сон. Алиса уже хотела было поддаться панике, но…

— С добрым утром, — сказал Кай. Спокойный голос поломал возникшую в мыслях картинку.

— С добрым, — пожелала в ответ Алиса, отчего-то смутившись.

— Как себя чувствуешь? — спросил он, ни на секунду не переставая помешивать. В кастрюлю он смотрел с большим сомнением.

— Нормально вроде бы… — не очень уверено ответила Алиса.

— Ничего, сейчас поедим, и все будет просто великолепно. — И после небольшой паузы: — Если не потравимся.

— А где твой друг?

— Мик? В лес пошел — грибы искать или еще что-нибудь.

Кай ложкой подцепил немного супа, подул, попробовал.

— Нормально, — оценил он. — Я имею в виду, с голодухи и куда большая гадость по вкусу придется. Держи, — он протянул Алисе другую ложку. Она приняла, опять смутилась. Да что с ней такое?..

Хотя если учесть, что в последний раз она разговаривала со своим ровесником, хотя бы примерным, когда ей самой не было даже десяти лет… Да и о чем с ними говорить? Они росли совершенно по-разному. У нее своя жизнь, у них двоих — своя, совсем другая…