Алиса сердито одернула себя. То, что она графиня, не спасло бы ее вчера, а вот они двое — сумели. Алиса дала себе слово, что впредь будет относиться к ним как к равным. Но тут же в голову прорвалась другая мысль: а будут ли они относиться к ней так же? Алисе вспомнилась вчерашняя пощечина. А нужно Алисе вообще как-то к ним относиться? Они ведь на самом деле такие разные. Но она не имеет права хотя бы не попробовать: они ведь спасли ее.

— Слушай, извини, что я вчера это… ну… — она коснулась своей ладони.

— Да забыл уже, — он махнул рукой, — в любом случае это не повод, чтобы тебя отравить, — Алиса не совсем поняла, к чему он клонит. — Суп-то попробуй, — пояснил он через секунду, — со второй ложки он гораздо вкуснее, чем с первой.

Алиса попробовала и тут же набросилась на еду. Вкус горячей пищи вскружил голову. Только с пятой или шестой ложки она сумела примерно оценить содержимое кастрюли. Мясной бульон с несколькими кусочками этого самого мяса, какая-то крупа и соль. Только потом Алиса вспомнила, что кастрюлька маленькая, а она не одна. С сожалением Алиса облизнула ложку.

— Да не стесняйся ты, — сказал Кай, увидев, что она отодвинулась от еды, — ешь, сколько хочешь. Надо будет, еще сварим. Потом на тракт выйдем, доберемся до какой-нибудь корчмы.

— А далеко до дороги?

— Полсотни метров по берегу. Там мостик через реку. И давай ешь, а то у тебя уже круги под глазами от недоедания.

В другой ситуации Алиса бы конечно же отказалась от большей, чем у других, порции, но сейчас терпеть не было сил. Только в достаточной мере утолив голод, на что ушло две трети не такой уж и маленькой кастрюльки — причем Кай опускал в варево ложку раза в три реже, чем она, — Алиса заставила себя остановиться. В обычные дни она бы себе такого обжорства ни за что не позволила, но после полутора суток голодовки о том, что нужно беречь фигуру, она даже и не подумала вспоминать.

— А что это было вчера? — спросила Алиса.

Она бы сделала это раньше, но никак не могла решиться пробудить страшные воспоминания. В конце концов любопытство победило. Кай ответил не сразу, сначала еще раз перемешал остатки супа и подбросил в костер несколько сухих веточек.

— А сама ты разве не знаешь? — не очень логично, как подумалось Алисе, ответил он.

— Нет, — ответила она, — я только успела увидеть, как это чудовище показалось из темноты, и сразу потеряла сознание, — она замолчала ненадолго. — Как мы спаслись?

— Повезло, — просто ответил он.

— В смысле?

— В том самом. Можно считать, что нам помог сам Маас.

— Это не ответ, — буркнула себе под нос Алиса. Ей казалось, что это было сказано достаточно тихо, но Кай все же услышал.

— Ты тоже не ответила.

— Может, потому что ты не спросил? — ее начал раздражать этот разговор.

— Спросил, — возразил он, — но ты сказала, что не знаешь, кто это был.

— Но я правда не знаю.

— Тогда откуда оно тебя знало?

Алиса не сразу поняла суть вопроса. Что это вообще значит — «знало»? То, что они были подружками, или в театре на соседних местах сидели?

— Объясни, — попросила она.

Он внимательно посмотрел на нее, как будто подозревая в неискренности. Это продолжалось несколько секунд, но от прямого взгляда глубоких темно-синих глаз Алисе стало не по себе.

Она поправила волосы, чтобы получить возможность спрятать глаза. Когда она вновь взглянула на собеседника, он уже отвернулся. Проведя рукой по волосам и едва заметно пожав плечами, он тихо проговорил:

— Они искали тебя.

— Меня? — Алисе не пришло в голову ничего умнее, как переспросить его.

— Да, — подтвердил он. — Для тебя это неожиданно?

— Да! — воскликнула Алиса. — Ты что, не веришь?!

— Почему? Верю.

Он ответил спокойно.

— Мало ли в чем могла быть причина. Может, ты какому-нибудь магу понадобилась. А эту тварь он специально прислал за тобой.

— Но зачем? — спросила Алиса. Хотя, если подумать, одна причина быть могла, но то, о чем она подумала, совсем не повод присылать этих чудовищ. Или повод?

— Кто знает, что у мага на уме? Вот, например, мы с Миком недавно повстречали одного такого. Может, он хотел омолодиться за твой счет или магическую силу увеличить. У тебя никогда не было никаких способностей?

— Нет, в нашей семье не было магов, — растерянно проговорила Алиса, — а специально меня никто не проверял…

И тут ей вспомнилось: изуродованная рука, кровь на платье и ненависть в глазах отчима. Ведь это вполне можно принять за магию. Ей пришлось прикусить губу, чтобы не вздрогнуть или не схватиться за руку.