— Но голова у нас болела все сильнее, — продолжила его жена. — Мы затыкали уши воском, перевязывали их повязками, но резкие звуки пробивались, и больше мы не смогли это выносить.

— Я начал спотыкаться на пастбище, — добавил другой крестьянин. — Спотыкался и за плугом.

— Вскоре бремя стало невыносимым, — сказала его жена, — и потому мы бежали сюда, в убежище.

— Но всех остальных детей у нас похитили, — мрачно проворчала первая женщина.

— Похитили детей? — воскликнула Корделия. — Кто совершил такое злодейство?

— Музыка, девушка, — угрюмо ответил первый мужчина. — Музыка увела всех наших старших детей.

— Как это? — но в голосе Корделии прозвучало предчувствие: она вспомнила молодежь, которую видела в пути.

— Нашему сыну двадцать. Он первый начал дергаться в такт музыке, — чуть не плача рассказывала вторая женщина. — А дочери четырнадцать. Она сначала только кивала головой и пела песни без слов за работой…

— Не без слов… — возразил десятилетний мальчик.

— Ну, если в них и были слова, я не могла их разобрать. Она работала все медленней и медленней и наконец забросила работу и ушла вслед за другими девушками в лес.

— Хвала Небу, если они еще девушки, — с дрожью в голосе пробормотал второй отец, — потому что вместе с ними в лес ушли старшие мальчики и молодые люди. Моему старшему двадцать, а второму сыну — шестнадцать. Где они сейчас?

Магнус прочел искреннюю тревогу у него на лице.

— Успокойся, добрый человек. Я уверен, с ними все в порядке.

— Ты не видел то, что видели мы, — вздохнул первый отец. — Они дергаются и кривляются, танцуя, собирают странную пищу, целые толпы их бродят по полям, дергаясь и не зная, куда они идут. Хвала Небу, если они до сих пор не погибли!

Магнус хотел было сказать, что не видел ничего страшного среди групп молодежи, но вспомнил ощущение опасности, которое охватило его среди едоков лотоса, тощих поедателей камней и при встрече с вампиром, и промолчал.

— Здесь так много семейств! — сменила тему Гвен. — И они идут отовсюду!

Низина в любую сторону хорошо просматривалась на одну-две мили, болота были плоские и ровные, они поросли только травой и кустами, лишь кое-где торчало несколько небольших кривых деревьев. На фоне заходящего солнца было отчетливо видно множество семей и разрозненных групп крестьян, которые заполняли каждую тропку.

— Куда же они идут? — задумался Род.

— Скоро узнаем, — заверила его Гвен.

— Музыка стала громче, — заметил Грегори.

И верно, хотя и оставалась приятной. Род оглядел своих детей и увидел, что даже Джеффри расслабился. А Магнус и Корделия перестали дергаться.

Миновав рощицу невысоких искривленных деревьев, они увидели перед собой большое озеро. Оно лежало неподвижное, золотое в свете заходящего солнца, водную гладь его лишь слегка рябило от ветерка, и все озеро словно резонировало в такт с мягкой мелодией. Вокруг по берегам во множестве сидели люди, занимались простыми делами, чинили одежду, строгали. Горели костры.

— Наконец-то вода! — Магнус склонился к озеру. — Я пить хочу!

— Я бы не стал это делать, — заметил пожилой крестьянин, но Магнус уже погрузил руки в воду. Глотнул, потом вылил воду, сморщившись. — Соленая.

— Еще бы, — ухмыльнулся крестьянин. — Мы совсем рядом с морем, молодой хозяин, вода соленая.

— Как и наша кровь, — прошептал Род.

— Что ты сказал, джентльмен?

— Ничего особенного, — Род со вздохом сел. — Конечно, мы тоже разожжем костер.

— Не сомневайся, — Гвен опустилась рядом с ним. — Но сначала немного отдохнем.

— Я поищу воду, — забросил удочку Магнус.

— Не беспокойся, сын, — потянулся Род. — Здесь любая вода имеет вкус моря. У нас осталось что-нибудь в мехах, Гвен?

Его жена посмотрела на почти плоскую кожаную бутыль. Неожиданно емкость раздулась.

— А как же, — улыбнулась Гвен. — Пей на здоровье.

Магнус с благодарностью принял бутылку и не торопясь утолил жажду.

— Корделия, — позвала Гвен, — что ты делаешь? Девушка сидела в десяти ярдах на краю озера.

— Смотрю, что в воде, мама, — невинно отозвалась она. В то время как сама строила страшные гримасы и раздраженно оглядывалась туда, где Грегори на коленях ползал по берегу, задумчиво разглядывая воду.

Гвен улыбнулась.

— Ах, да. Ты же никогда раньше не видела озеро?

— Не видела, мама, — с облегченной улыбкой ответила Корделия. И повернулась, чтобы убедиться, что Маленький Брат не упал в воду: охваченный любопытством, он всегда перестает обращать внимание на такие мелочи, как безопасность. Но, конечно, он обидится, если Корделия будет его слишком опекать.

— А еще где-нибудь такие места есть? — спрашивал тем временем Род у одного из крестьян.

Тот поднял голову от растопки.