Дуннан. Десантники нашли его герб, голубой полумесяц на черном. Нашли оборудование, в котором Харкаман признал часть первоначального груза "Авантюры". Нашли даже увеличенную фотографию Невиля Ормма в траурной рамке. Но на всей базе не было ни единой машины, которую можно протащить в грузовой люк, ни единой пушки, ни единого пистолета или гранаты.

Дуннан ушел. Но всем было ясно, куда и где его искать. Завоевание Мардука вступило в завершающую фазу.

Мардук находился по другую сторону от солнца, в девяносто пяти миллионах миль от него - близко, но не слишком, подумал Траск, места хватит. Гуат Кирби и помогавший ему мардуканский астрогатор вывели корабль из прыжка в световой минуте от планеты. Мардуканец счел, что это нормально, Кирби с ним не согласился. После второго нырка в гиперпространство до планеты оставалось полторы светосекунды, и даже Кирби не смог найти повода придраться. И стоило экранам расчиститься, как стало ясно, что эскадра едва не опоздала. Мардуканская луна вела отчаянный и неравный бой.

Обе стороны имели детекторы. Лукас ясно представлял, что они сейчас видят - шестнадцать зияющих разрывов в ткани пространства-времени, через которые корабли вломились в нормальный континуум. Принц Бентрик включил экран, но тот оставался пуст.

– Саймон Бентрик, принц-протектор Мардука, вызывает лунную базу. - Он медленно повторил видеокод. - Лунная база, отвечайте, вызывает Саймон Бентрик, принц-протектор.

Он выждал десять секунд и был готов уже начать снова, как экран моргнул, и на нем появился человек в мундире мардуканского космофлота, небритый, но счастливо улыбающийся. Бентрик поприветствовал его, назвав по имени.

– Привет, Саймон! Рад тебя снова видеть, - ответил офицер. - Э-э-э, то есть вас, ваше высочество. И что значит "принц-протектор"?

– Кому-то надо этим заняться. Король еще жив?

Улыбка покинула взгляд офицера и медленно сползла с лица.

– Мы не знаем. Поначалу Маканн выводил его на экран - ты должен помнить, - чтобы тот призывал всех повиноваться "нашему верному и почтенному канцлеру". А сам всегда появлялся рядом.

Бентрик кивнул:

– Я помню.

– Пока ты был здесь, Маканн молчал, позволяя королю произносить речь. Потом король уже не мог говорить внятно, заикался и сбивался с темы. Еще позже все речи произносил Маканн, потому что король не мог даже повторять слова радиосуфлера. А затем король вовсе перестал появляться на публике - должно быть, физические симптомы скрыть было невозможно. - Бентрик тихо и страшно ругался. Офицер кивнул: - Для его же блага надеюсь, что он мертв.

Бедный йомен Михаил.

– Я тоже, - ответил Бентрик.

– В течение сотни часов после вашего отлета мы взорвали еще два звездолета маканнистов, - сообщил офицер с лунной базы. - И один корабль Дуннана, "Фортуну". Мы разбомбили Малвертонские военные доки. Антарктическую базу они еще используют, но мы ее сильно повредили. Мы разнесли "Честного Чорриса". Противник дважды пытался высадить десант и потерял еще пару кораблей. Но восемьсот часов назад к ним присоединился остаток дуннановского флота - пять судов. Они высадились в Малвертоне, пока луна была по другую сторону планеты. Маканн объявил, что это корабли Королевского космофлота прибыли с торговых миров. Думаю, наземники это проглотят. А еще он объявил, что их командир, адмирал Дуннан, возглавляет теперь Народную армию.

Значит, десантники Дуннана заняли Малвертон. Скорее всего теперь Маканн у них в руках так же, как король Михаил Восьмой был в руках у Маканна.

– Значит, Дуннан завоевал Мардук, - тяжело произнес Лукас. - Теперь ему осталось удержать завоеванное. Вокруг лунной базы я вижу четыре корабля; что остальные?

– Это дуннановские "Болид" и "Затмение" и два бывших корабля Королевского космофлота, "Поборник" и "Защитник". На орбите планеты стоят еще пять: экс-ККФ "Паладин" и дуннановские "Попрыгунчик", "Баньши", "Надежный" и "Экспортер". Последние два считаются торговыми, но ведут себя как обычные боевые корабли.

Четыре звездолета, осаждавшие лунную базу, сошли с орбиты и двинулись в сторону атакующих; один получил снаряд в корму, вздрогнул всем корпусом, но не взорвался. Еще два корабля сошли с орбиты самого Мардука. В рубке стояла тишина, только пощелкивали компьютеры, оценивая исход боя по имеющимся данным и формулам теории игр. Остальные три корабля противника двинулись вслед товарищам; два судна, шедших с Мардука, уменьшили ускорение, чтобы те смогли догнать их. Лукас предпочел бы встретить четыре звездолета, идущие со стороны базы, первым, но компьютеры утверждали, что обе группы успеют соединиться.

– Ладно, - пробормотал Лукас, - сложим все тухлые яйца в одну корзину. Ударим по ним, как только это будет возможно.

Снова защелкали компьютеры. Сновали роботы-стюарды, разнося кофе. Сын принца Бентрика сел рядом с отцом; теперь он был уже не Неукротимым Равари, Ужасом Межзвездных Трасс, а совсем юным офицером, идущим в свой первый бой, перепуганным до смерти и до смерти счастливым. Капитан Гарравей с "Победоносца" передал другим судам с Гимли: "Начинаем с предателей!" Лукас понимал его и сочувствовал, хотя и не одобрял; чтобы личная месть не мешала бою, он по направленному лучу передал Харкаману приказ затыкать любые дыры в строю, если мардуканцы разлетятся в поисках мести. "Черной Звезде" и "Богине солнца" он приказал вывести из боя легковооруженного и набитого десантниками гильгамешца. Две группки кораблей противника быстро сближались. Алвин Каффард орал в интерком, чтобы увеличили ускорение.