Он разрубил великана от плеча до сердца. Из ужасной раны хлынула кровь. Ошеломленные маллы замерли. Могучее тело, пошатнувшись, рухнуло на землю.

— Он убил нашего брата! Он должен немедленно умереть! — придя в себя, прошипел Ахлерой, обращаясь к своим соплеменникам.

Тут и там зазвенело оружие. ДозирЭ подобрал клинок убитого им здоровяка и с двумя мечами в руках занял удобное положение.

В рядах маллов началось какое-то движение, и они, подталкивая друг друга, расступились. В окружении свиты появился Аквилой.

Выслушав свидетелей происшедшего, он, немного подумав, принял сторону Бредероя, который, несмотря на все обвинения, настаивал на том, что этот авидрон, прежде всего, гость и потому неприкосновенен. Аквилой строго-настрого запретил трогать коротковолосого и приставил к нему двух крепких воинов, находившихся в его личном распоряжении.

Прошло немного времени. Тяжелое тело Орунга с трудом взвалили на лошадь, которая едва устояла на ногах, и увезли в ущелье Смерти, чтобы там, под протяжное пение старух, закопать, как было принято у маллов. Веселье тут же продолжилось, и после двух чаш шилы уже никто не вспоминал о погибшем бородатом чудовище. Потом ДозирЭ и Идал долго пировали в компании Бредероя, и к ним, как ни в чем не бывало, подходил Ахлерой, чтобы вместе с ними поднять чашу во славу свободолюбивого малльского народа. Однако, как только представилась возможность, друзья немедленно покинули празднество, поспешив укрыться в своем жилище…

Дальше ДозирЭ ничего не помнил.

Зара наконец заметила, что он проснулся. Она отложила веретено и приблизилась.

— Какой сегодня день? — спросил молодой человек по-малльски.

— Ты был в беспамятстве восемь солнц, — отвечала юная дикарка.

— Что со мной случилось?

Зара смутилась и опустила глаза.

— Тебя… тебя отравили. Скорее всего, ядом золотохвостки. Мужчины нашего селения начиняют им наконечники стрел. Этот яд смертельный, и от него умирают мгновенно. Ты остался жив, наверное, потому, что тебя любят боги. Они спасли тебя от верной гибели…

— Яд золотохвостки?!

ДозирЭ вспомнил Эврисаллу Круглого Дома и последний этап Испытания. Яд золотохвостки! Вишневые спасли ему жизнь, приучив к яду…

Через три дня авидроны уже покидали Бахет-меги. Бредерой должен был на некоторое время задержаться и потому устроил так, что друзей сопровождали два десятка провожатых самого разбойничьего вида. ДозирЭ показалось, что эта охрана весьма ненадежна, ведь золото, полученное от Аквилоя — сто пятьдесят берктолей в разных монетах и слитках, — было просто насыпано в кожаные мешки и приторочено к седлам лошадей. Но Бредерой, заметив его сомнения, только осклабился:

— Не беспокойся, это лучшие воины Малльских гор. Их смелость не имеет границ, и они умрут, но выполнят то, что им надлежит.

В последний момент ДозирЭ отыскал Зару, чтобы проститься с ней. Он поблагодарил ее за заботу: ведь девушка всё это время без сна и отдыха выхаживала его. Юная маллка очень смутилась — она не привыкла слышать от мужчин слова признательности.

— Возьми меня в жены, — вдруг предложила она и сверкнула своим неповторимым малльским взглядом. — Выкупи меня — ты, наверное, богат, и мои сородичи, возможно, тебе не откажут. А хочешь — я убегу. Да, я знаю, что у тебя уже есть одна женщина, но я слышала, что в Авидронии некоторые мужчины имеют по нескольку жен. Мне ничего не надо, я могла бы быть просто прислугой, если хочешь, рабыней…

— Я не могу, — погрустнел смутившийся ДозирЭ. Он заметил в стороне любопытствующих малльских детей, неловко отстранился и поспешил попрощаться: — Эгоу, Зара, я буду о тебе помнить…

Прибыв в Карле Ролси, ДозирЭ, не откладывая, встретился с агентом Круглого Дома, через которого связывался с Сюркуфом и чьи указания должен был беспрекословно выполнять. Он рассказал ему о своей поездке в малльское селение, о сделке с оружием и обо всем остальном. Шестидесятилетний сотник Вишневой армии, исполняющий скромную роль причесывальщика в купальнях, большую часть своей жизни провел в Карле Ролси, наблюдая за маллами, но не знал и половины того, что разведал молодой человек. Он даже как-то расстроился — начинающему несмышленому лазутчику всего за несколько месяцев удалось сделать такое, о чем он сам и мечтать не смел: ДозирЭ вплотную подобрался к самым известным малльским вождям. Бредерой, Ахлерой, Аквилой… Легендарные имена, при одном упоминании о которых в страхе заходится сердце!

Из ста пятидесяти берктолей, полученных от Аквилоя за оружие, сто двадцать ДозирЭ поспешил отдать, а тридцать — отложил в сторону. Эти деньги принадлежали Бредерою — именно во столько он оценил свою помощь в сделке с оружием. По просьбе владельца шкуры снежного барса его долю предстояло переправить в Бионриду, в ее столицу Бион, и передать там некоему человеку.

«Весьма, весьма интересно! — довольно потирал руки мнимый служитель купален. — Вождь маллов обкрадывает своих братьев… И почему именно Бион? Какие у него там интересы? Может быть, сношения с флатонами? Очень, очень любопытно!..»

Впрочем, причесывальщик поспешил отчитать ДозирЭ за проявленную вольность в принятии решений. Особенно касательно продажи оружия. Как можно было без ведома Круглого Дома совершать такую сделку?!

Через пятнадцать дней прибыло оружие. В диком ущелье, находящемся в трех днях пути от Карле Ролси, оно было передано отряду, посланному Бредероем. Маллы остались очень довольны.

Вскоре ДозирЭ и Идал стали замечать, что отношение к ним в Карле Ролси заметно переменилось. Все маллы, которых им доводилось встречать, стали вдруг удивительно приветливы, всегда, если того требовали обстоятельства, выражали готовность бескорыстно помочь в любом деле, будто теперь их объединяло таинственное родство.