Авидронские военачальники посылали в Грономфу свиток за свитком, в которых просили усилить и без того крупные гарнизоны авидронских колоний и прислать дополнительные партикулы. Некоторые из них, поддавшись тем же чувствам, которые обуревали ДозирЭ, предлагали самым решительным образом «урезонить» маллов. Однако Дворцовый Комплекс молчал. Как известно, Алеклия со всеми партикулами находился в Иргаме, где сейчас всё решалось, так что никто не хотел заниматься какими-то маллами, да и брать на себя лишнюю ответственность. Тем более что Инфект в последний год закрывал на многое глаза, всеми силами пытаясь поддерживать в Малльских горах хотя и призрачный, но мир.

Идал по срочному делу отбыл в Авидронию, а ДозирЭ продолжал водить знакомство с маллами, и весьма в этом преуспел. Теперь в их среде он вызывал очень большое доверие. Ему открывали многие тайны, в том числе и те, о которых ведали только самые приближенные к вождям горцы.

ДозирЭ уже знал, что Бредерой — не только виновник едва ли не всех нападений на Великую Подкову, на обозы и на авидронские колонии, но и является, по сути, главным вдохновителем повстанческого движения. Во всех частях Малльских гор дикари готовились к войне с Авидронией, собирались в отряды, вооружались, состязались в военном искусстве. Обстановка с каждым днем ухудшалась, тут и там происходили стычки, в которых гибли авидронские циниты и жители колоний. За всем этим стоял не кто иной, как Бредерой — непримиримый поборник малльской свободы, ставший за последние полгода очень популярным в малльских селениях, в особенности среди воинственно настроенной молодежи, почитавшей его едва ли не больше, чем Аквилоя. Бредероя стал побаиваться сам Ахлерой.

Однажды Бредерой взял с собою ДозирЭ в длительное путешествие. По пути к ним присоединился с большим отрядом Ахлерой и еще несколько влиятельных маллов. Они проделали изрядный путь по горным тропам, ущельям и долинам и спустились на равнину в том месте, где Голубая река, разделившись на несколько рукавов, круто изгибалась, едва не касаясь одним из своих протоков подножий Малльских гор.

Тут, окруженное сочными лугами и возделанными полями, вольготно раскинулось самое большое селение «равнинных» маллов — Царинглоум-рой. В селении, состоящем из деревянных и даже из каменных домов, проживало не менее двадцати пяти тысяч дикарей, и все они, заботясь о своем хозяйстве, вели мирный образ жизни. Селились здесь и авидроны, которые занимались меной и торговлей, содержали лавки, виночерпни и кратемарьи.

Изнеженные вожди Царинглоум-рой, некогда разбогатевшие на добыче соли в принадлежащих им издревле копях и посему считавшиеся самыми богатыми маллами, содержали слабый разношерстный отряд из тысячи конно-пеших воинов, которым вменялось в обязанность охранять селение от набегов кочевников, живущих за Голубой рекой. Беспечность вождей была обусловлена, прежде всего, тем, что в одном переходе от селения располагался крупный авидронский лагерь, где размещались две опытные боевые партикулы. Вожди поддерживали с авидронами вполне дружественные отношения и два раза в месяц по собственной воле отправляли в лагерь щедрые дары: соль, рыбу, мясо, ячмень, плоды.

Горных маллов встретили, как самых близких родственников, так что ДозирЭ был немало изумлен радушным, не по-малльски пышным приемом. Однако когда во время роскошного пиршества, данного в честь гостей, речь зашла об объединении всех маллов в борьбе с Авидронией, а захмелевший Ахлерой вновь заговорил о создании независимого малльского государства, местные вожди заметно напугались и смущенно спрятали глаза. Тут Бредерой начал речисто убеждать всех в необходимости борьбы с авидронами, сулил богатства, обещал разнообразные привилегии, но «равнинные» маллы продолжали молчать и лишь красноречиво переглядывались друг с другом. Тогда Бредерой стал угрожать: те маллы, которые нас не поддержат, будут считаться предателями и станут нашими врагами, как авидроны.

— Мы — МАЛЛЫ, — наконец поднялся с места самый влиятельный вождь Царинглоум-рой, — и этим всё сказано. Куда все маллы — туда и мы. Но кто решил, что авидроны — враги и что с ними нужно воевать? Мы вот уже много лет живем с ними бок о бок и никогда не видели от них ничего дурного. Скорее, наоборот. В дружбе с Грономфой и под ее защитой наше селение стало шириться и процветать, и вы вряд ли найдете в Царинглоум-рой хоть одного малла, который желает авидронам зла.

— Да, но вы забыли, кто расправился с вашими предками! — перебил Ахлерой.

— Нет, не забыли, поэтому и не желаем более подвергать наших соплеменников опасности!

По тайной просьбе Бредероя ДозирЭ поведал «равнинным» вождям, что по роду своих занятий имеет достоверные сведения о том, что Грономфа замышляет против маллов «великое зло». Это сообщение произвело ошеломляющий эффект, и на какое-то время настроение на пиру переменилось. Однако после долгих переговоров, уже к утру, вожди Царинглоум-рой вынесли довольно хитроумное решение, которое Бредероя огорчило, но не лишило надежды, а Ахлероя несказанно взбесило. Дословно оно звучало так: «Мы подчиняемся только синдану. Что синдан скажет, то мы и будем делать!»

Горцы покинули селение крайне раздраженными. Впрочем, малльская знать Царинглоум-рой попыталась от них откупиться: Бредерой и Ахлерой получили сто берктолей в паладиумных самородках, сто двадцать мешков соли и табун великолепных лошадей. Всю дорогу Бредерой и Ахлерой тихо переругивались друг с другом. В каждой их фразе звучало короткое и таинственное, словно заклинание, слово «синдан».

Появившись в Карле Ролси, ДозирЭ поспешил сообщить обо всем увиденном и услышанном в Грономфу. Ответа пришлось ожидать долго…