Шрифт:
– Черт! Дымовая завеса! Только этой гадости нам не хватало!
– выругался мощный крепыш.
– Всем собраться в центре, около меня! Не стрелять! Своих покалечите!
В наступившей тишине слышно было, как потрескивают в траве "дымовые" пакеты.
А потом со всех сторон понеслось:
– А-а-а-а-а!
И началась резня.
Ташша стала плечом к плечу с уже знакомым ей высоким существом, похожим на большую зеленую ящерицу, обнажила боевой нож. Ящерица отложил в сторону свой огромный стреломет, тоже вытянула из ножен свой клинок. В её огромных руках-клешнях огромный нож казался безобидной детской игрушкой.
Ратники противника налетали из рукотворного серого тумана почему-то небольшими группками - по два-три солдата.
Первых воинов Ташша и большая ящерица убили меньше, чем за секунду.
Точно такая же участь постигла другую пару, потом - еще одну.
Неожиданно напор с их стороны ослаб.
Ташша оглянулась.
Один из Гвардейцев рубился сразу с тремя ратниками, другой - с двумя.
Пара самых "хитрых" противников старались подобраться к девушке-воину, которая билась врукопашную - и тоже с двумя ратниками.
Воином эта красивая девушка (бессмертная по имени Дита - поняла Ташша) была не просто отменным. С точки зрения симбиота, равных ей не было.
Она легко уходила от нападок ратников, которые по сравнению с ней казались неуклюжими новобранцами, одним - двумя фантастическими по четкости и красоте ударами лишала их жизни.
На их месте тотчас же появлялись другие.
И все повторялось снова: уход, нырок, разворот, удар... Обмякшее тело медленно валится под ноги бессмертной.
Сзади закричал кто-то из своих.
Ташша в пылу боя, наслаждаясь техникой бессмертной, совершенно забыла о "своем" участке обороны.
Расплата последовала незамедлительно.
Почти полдюжины ратников противника, неожиданно "нагрянув в гости" к большой ящерице, смогли оглушить её, повалили наземь и теперь дружно молотили ногами и руками по голове и телу зеленого "жаба".
Ташша взревела от ярости, бросилась на обидчиков друга.
Троих воинов она прикончил с одного удара - каждого, но с оставшимися тремя пришлось повозиться.
Опытные, хорошо обученные, но главное - синхронно действующие, они плотно окружили Ведунью, оттеснили её от основной группы и теперь методично пытались ранить, или свалить наземь.
Один из мужчин вооружился камнем, привязанным к концу прочной и длинной веревки и эпизодически "обстреливал" им одинокую уже женщину-змею.
Ташша легко уходила от "атак" местного боло, но пока она пригибалась, или подпрыгивала над нитяной "змеей", два других ратника стремились приблизиться к ней и воткнуть свои длинные ножи во что-нибудь мягкое в теле Ведуньи.
Одному из противников это удалось - он полоснул острием своего клинка по бедру женщины-змеи. Ташша почувствовала острую боль. Закапала кровь.
Неожиданно ратникам улыбнулась удача - Ташша споткнулась о тело убитого ею противника, потеряла равновесие.... Вдобавок кто-то удачно попал каменюкой по её раненной ноге.
Ведунья охнула, оступилась, стала заваливаться назад....
Ратники бросились на неё, как свора голодных пожирателей падали....
Однако Ташша успела каким-то чудом увернуться - правда, в самый последний момент.
Нож одного их аборигенов пропорол ей бок, глубоко вошел в землю.
Женщина-змея соскочила с земли, разрывая собственное тело....
Она наотмашь ударила ножом по горлу одного, затем - второго.
Успела увернулся от размашистого удара клинком - в свою; ударом в сердце "проводила в последний путь" третьего....
Где-то за спиной пронзительно закричала Маяла.
Ташша оглянулась на звук, бросилась в сторону девушки.
Она едва не опоздала.
В центре площадки, периметр которой густо был усеян телами убитых ратников, навзничь лежала Маяла.
Она был ранена в плечо и отбивалась только одной рукой.
Ибо другой она прижимала к себе испачканный сверток - малыша, который отзывался на все происходящее громким плачем.
Над девушкой нависал чужак. Он замахнулся на Маялу, ударил её ножом по руке, потом кулаком - по лицу.
Девушка откинулась на камни, потеряла сознание.
Ратник выхватил из её ослабевших рук ребенка, вывесил его на руке, замахнулся оружием...