— Мой отец был лютеранин.

— Познакомьтесь, лютеранин товарищ Эйзенштейн.

Культурные люди: и о стихах поговорили

Во время одного из банкетов по случаю советско-германских переговоров в Москве Риббентроп спросил Сталина, жива ли поэтесса Анна Ахматова и что она пишет: петербургские студенты увлекались ее стихами. Так Ахматова попала в поле зрения Сталина. В 1940 году срочно и неожиданно издали большой сборник ее стихов.

Позорное поздравление

14 июня 1940 года фашисты оккупировали Париж. По поручению Сталина Молотов поздравил Гитлера с успехом.

Поздравление

В апреле 1941 года Сталин поздравил Гитлера с днем рождения.

Верность договору

Выступая в МГУ после исключения из партии Кагановича, Молотова и других, Микоян рассказывал.

Согласно подписанному в 1939 году договору, Германия должна была в течение 15 лет поставлять в СССР промышленное оборудование, а мы в течение 5 лет — продовольствие и сырье.

В начале 1941 года, по словам Микояна, Сталин вызвал его и спросил, как идут германо-советские поставки. Микоян ответил: немцы нам пока ничего не дают, а мы свои обязательства выполняем успешно. Иногда даже опережаем сроки, перевыполняем…

Сталин сказал: "Ну и дурак же ты, Анастас. Куда ты спешишь?

Зачем?"

Кто кого

По анализу знатока Германии литератора М., Гитлер и Сталин стремились обмануть друг друга. В 1941 году, еще до войны, Щербаков, руководивший ТАСС, дал распоряжение идеологически готовиться к войне. Речь шла о нашем нападении на Германию.

Замысел был таким: захватить Румынию, отсечь Германию от источников бензина и тем самым закончить войну. Поэтому в Одессе и около нее и было сосредоточено огромное по отношению к потребностям округа войско. Позже это стало основой долгой обороны Одессы. Однако Сталин не успел обмануть Гитлера. Гитлер успел обмануть Сталина и напал раньше. Гитлер планировал нападение на 15 мая 1941 года, но военная кампания в Греции и Югославии оттянули время.

Обманутое доверие

Эренбург сказал: "Единственный человек, которому поверил Сталин, был Гитлер. И он его обманул, напав в июне 1941 года на СССР".

Предупреждение, обернувшееся бедой

На встрече академического бомонда с автором мемуаров "Люди, годы, жизнь" Эренбургом я познакомился с одним из героев этой книги. Он работал пресс-атташе в Париже во время его оккупации немцами. Обозревая и анализируя немецкие воинские газеты, этот умный дипломат в марте-апреле 1941 года пришел к выводу, что немцы готовятся к нашествию на Россию. Он написал об этом Сталину. Вскоре неосторожного наркоминдельца отозвали в Москву. Здесь он оказался в подвешенном состоянии. Ему не давали никаких поручений. Он сидел дома, отстраненный от работы. Благо, давали зарплату. Все это было дурным предзнаменованием. В июне немцы напали на нашу страну. И когда в октябре 1941-го они были под Москвой, дипломата арестовали и предъявили ему фантасмагорическое обвинение: стремление поссорить Советский Союз с дружественной Германией. Карательный механизм сработал с задержкой, но с неумолимой жестокостью: дипломат получил десять лет и был отправлен в лагерь. Этот рассказ живого и спокойного человека, просидевшего за стремление обезопасить страну от внезапной агрессии многие годы в лагере, потряс ко всему привыкшую академическую аудиторию. Выступлению этого человека долго и оживленно аплодировали.

Рискованное предупреждение

Мельников был молодым работником информационного агентства. Ему вменялось в обязанность просматривать немецкую прессу. Мельников учился в Германии, в совершенстве владел немецким языком, хорошо знал обычаи, привычки, традиции немцев. В марте-апреле 1941 года он чутким ухом уловил угрожающую ноту, которая зазвучала в глубине немецкого пропагандистского оркестра. Молодой и старательный работник подал начальнику рапорт, сообщавший, что анализ немецкой прессы доказывает намерение Гитлера в ближайшие месяцы неожиданно напасть на СССР. Такой рапорт в условиях союзнического договора с немцами и насаждаемой Сталиным всеобщей подозрительности мог быть расценен как провокационная попытка поссорить нашу страну с Германией. Начальник разъяснил все это молодому сотруднику.

Однако он продолжал стоять на своем, подчеркивая государственную важность информации. Начальник наотрез отказался передавать докладную наверх и нашел примирительный ход: подать бумагу не по официальному каналу за личной подписью автора.

Долгое время эта чрезвычайная информация поднималась к Сталину и легла на его стол в середине июня 1941 года. Сталин не успел распорядиться о примерном наказании «провокатора», так как началось вторжение фашистов. Вскоре потребовалось создать отдел ТАСС по пропаганде, направленной на противника, с начальником в генеральском чине. Тут Сталин вспомнил о Мельникове и распорядился назначить его на этот важный пост.