Через два дня исчез Маранс: горела работа. За ним — Мия и Нис. Обеим пригрозили исключением из Гильдии. Чем отец пригрозил полукровкам, я не знала. Но они не уходили. Я не предполагала его возможных действий и опасалась за них.

Деда в эти дни стал близок мне как никогда. Мы не заговаривали об Андресе, но одно его присутствие здесь значило для меня очень многое.

В этот и следующий день на Немой замок пролились дожди. Мы сидели у одного костерка, держа щит. Тоскливо было в это хмурое время. Я представила, что чувствовала бы, находясь здесь одна. Кларисс, так и не обмолвившаяся со мной ни словом до сих пор, поглядывала на меня, смущая.

— … Нет, там довольно много специалистов. Но они не видят смысла вступать в Гильдии. — Качнул головой Горан. Мы вспоминали осень, когда столкнулись с жителями озерного края. Горан держал в руках ладонь Карины. Я не знала их такими, какими видела в последние недели. Даже не предполагала, что бунтовщице и насмешнику может быть присуща подобная нежность.

— Дайан рассказывала. — Кивнула Ниара. — И это не правильно. Раньше все было совсем по-другому…

— Ты еще это помнишь. — Усмехнулся Лавин не без горечи. — Я наблюдал, как они менялись. Я жил среди них все эти годы. И я не понимаю, где была черта, за которой я стал их врагом. Личным врагом каждого…

— Я думаю предложить Низерею перевести меня в Озерный край. — Отрицательно качнула головой Ниара и я удивленно подняла на нее взгляд. В отсветах огня полукровка казалась похожей на легендарную воительницу, покоряющую своей воле лишь улыбкой, причастной к самому сотворению мира. Более хладнокровной женщины я не встречала в жизни. Казалось, ее ничто не может смутить, задеть, обидеть, тронуть… Чем-то она походила на Марго. Но Марго была необыкновенной и таинственной. Ниара же была просто сильной и цельной. Абсолютной одиночкой, всегда идущей вперед до конца и облагораживающей своим присутствием любую компанию.

— Я думаю, у тебя получится… — Прошептала я.

Только по обратившимся на меня взглядам я поняла, что ответила больше своим мыслям, чем Ниаре. Но полукровка кивнула и улыбнулась так привычно и понимающе, что нельзя было не улыбнуться в ответ.

Я аккуратно прилегла на колени деду. Под их тихие голоса мог уснуть даже человек с патологической бессонницей. А Саша так приятно ласкал голову, перебирая волосы, и знал, что я это обожаю.

— Очевидно лишь то, что ситуацию с полукровками вне центра могут решить лишь полукровки… — Проговорил дед грустно.

— Только не так, как решали Дайан и Ройс два года назад. — Усмехнулся Горан в ответ. Я поморщилась, улыбаясь.

В щит над головой стучали капли дождя. Я уснула очень скоро, слушая тихие голоса и ни о чем не думая.

Проснулась же от припекающего щеку солнца и холода от земли. Подумав о щите, поискала глазами Лавина или Ниару, хоть Карину. Куда-то исчезли. Наверно снова собирали ветки, чтобы было чему весело трещать в костре. Поднявшись, я потерла плечи. Солнце уже поднялось. Даже роса сошла. Внизу в эти дни был туман…

Определенно чувствуя чей-то взгляд, я обернулась к немому замку. Так умел и Горан, и Целесс, и Ниара, и любой псионик. Даже взгляд Карины «жег спину», как она однажды выразилась. Но обернувшись, я лишь осела на место, где спала. Слов не было. Эмоций тоже. Тишина.

Поднявшись с места, откуда наблюдал за мной спящей, Ройс пошел ко мне. Обегая его взглядом, я была уверена, что это обман. Иллюзия. Даже этот короткий шрам на правой скуле, куда проваливались пальцы при прикосновении. И скрытый волосами ожог на лбу. И отсутствующая кисть. И светлый, словно северное небо взгляд.

Он был бледен. Болезненно бледен. И я не верила, что это не злая шутка… до тех пор, пока он не опустился на колени рядом, и я не ощутила на лице его дыхание.

— Ройс… — Прошептала, не веря себе.

Он легонько кивнул, отцепляя судорожно сцепленные пальцы. Грея в ладони. Я опустила взгляд, мгновенно вспоминая его последние слова. В глазах закипели слезы, в груди сжало. Это было почти месяц назад. Я помню… Ты никогда не врал мне. Никогда до того момента, когда нужно было прогнать меня навсегда.

Приподняв левую руку, он тут же отвернулся и нахмурился. Я поняла, что ему неудобно. Стыдно. Гадко. Что он живой. Настоящий…

Потом все же обхватил мое лицо ладонью и тем, что осталось от второй руки. Я почувствовала текущие по лицу слезы. И его губы. И боль…

Когда он вздрогнул, обернулась. Сбоку, на тропе стоял незнакомый мужчина и непонимающе смотрел на нас. Опомнившись, он пошел к воротам. Я обернулась к Ройсу.

— Он отпустил тебя?

Ройс кивнул, опуская взгляд. Я не верила.