Впрочем, мое забытье продолжалось недолго. Очнулся я, как позже выяснилось, минут через семь-восемь. Предателю заказали меня живым, и потому он, не мешкая, вкатил антидот, едва миновала угроза его поганой шкуре. Со скованными за спиной руками и со связанными в щиколотках ногами я лежал в метре от штабеля трупов, возле сдвинутого в сторону куска стены. Из открывшегося тоннеля тянуло затхлой сыростью. Дышать мне теперь удавалось. Правда, с большим трудом. Чувствовал я себя исключительно мерзко. Возьмите свирепое похмелье после недельного запоя, умножьте ощущения раз в двадцать – и получите отдаленное представление о моем тогдашнем состоянии. Вдобавок руки-ноги совсем не слушались, а тело превратилось в пульсирующий болью студень. Михайлов стоял неподалеку у какого-то электронного табло и старательно набирал на нем комбинацию цифр.

– Живучий ты, майор! – закончив, обернувшись в мою сторону и увидав мои осмысленные глаза, ухмыльнулся он. – Оклемался быстрее, чем обычно в таких случаях. Но оно даже и к лучшему. Есть с кем поболтать! – предатель взвалил меня на плечи, крякнул от натуги и понес в глубь тоннеля, слабо освещенного редкими плафонами в стенах.

– У тебя небось масса вопросов, – продолжал на ходу он. – Что же, я готов ответить по мере сил... Во-первых, я не зомби. Просто работаю на тех, кого вы называете «Кукловодами». Они превосходно платят... А сегодняшняя «операция» – подстава. Особняк заминирован и через несколько минут взорвется, похоронив под обломками сотрудников нашего отдела... Жаль, не вместе с Рябовым! Хотя, с другой стороны... Анатольича мне не удалось бы обмануть с такой легкостью, как дурака и карьериста Терехова... На чем, бишь, я остановился? Ах да, взорвется... похоронив, помимо прочего, тайну нашего с тобой исчезновения. Пока там разберут завалы да опознают обугленные останки... много воды утечет!.. А на постах действительно зомби, из числа бывших бойцов Катафалка. Его роль в этой истории ты узнаешь после. Если Хозяева захотят тебя просветить... Н-да-а! Зомби на постах... Они, кстати, и минировали особняк, под моим, хе-хе, чутким руководством. Они же звонили в город, используя запись голоса пахана. Не обижайся, Дима. Ничего личного! Просто бизнес. За твою голову обещали миллион долларов. Ну кто тут устоит?! А на Хозяев я работаю не очень давно, с марта нынешнего года...

Бу-ум-м-м! – грохнувший на поверхности страшный взрыв прервал откровения словоохотливого иуды. Стены тоннеля вздрогнули, пол подпрыгнул, плафоны погасли. Михайлов, не удержавшись, упал на карачки и выронил мое обездвиженное тело. Сильно ударившись головой о бетон, я снова потерял сознание. На сей раз всерьез и надолго...

– Наконец-то ты попался, проклятый христианин! Проклятый фанатик! Теперь не ускользнешь. Расплатишься сполна!!! – ядовито шипел горбатый карлик и с садистским упоением затягивал у меня на шее проволочную удавку. На головенке урода вместо волос шевелились глисты. С оскаленных желтых клыков капала слюна. Рожа гаденыша казалась смутно знакомой, но я не мог припомнить, где раньше его встречал. Да и некогда было вспоминать! Мое тело дергалось в удушье, как вытащенная на берег рыба. Широко разинутый рот тщетно силился схватить воздух. В черепной коробке толчками билась кровь.

– Гы, гы, не нравится! Гы, гы, не любишь! – веселилось инфернальное создание. – Но погоди! Это еще цветочки. Маленькая разминка перед настоящим возмездием! На-ка, понюхай. – Карлик отпустил проволоку и дыхнул мне в лицо невообразимо гнусным смрадом.

– Эрх-кха-кха! – захлебнулся вонью я, надсадно закашлялся и... открыл глаза. Я лежал на холодном оцинкованном столе в мрачной комнате без окон. Мои руки и ноги крепились к столу металлическими зажимами. Под низко нависающим потолком ослепительно светила мощная лампа в проволочном абажуре. А в двух шагах от меня стоял... господин Либерман собственной персоной! В руке он держал открытый пузырек с нашатырным спиртом.

«Не может быть». Я встряхнул головой. Да, точно он. Только здорово растолстевший, постаревший лет на десять, с плешью на макушке и... с небольшим горбом за плечами. Неужто он так изменился в наших застенках за каких-то три месяца?! Никогда бы не поверил! И кто, спрашивается, отпустил на волю эту сволочь?! Роба на нем явно не тюремная – стильный костюм от Версачи. Ну, блин, чудеса в решете!!!

– Сэ-эм?! – изумленно прохрипел я.

Горбун злобно усмехнулся.

– Нет, Дэвид, – после непродолжительной паузы ответил он. – Старший брат погубленного тобой Сэма, офицер ЦРУ. Руководитель проекта «Голем». Вы называете нас «Кукловодами».

– Не может быть! – Я до сих пор не мог поверить происходящему. – Ты... здесь?! На свободе?! Но Сэм же сдал под «сывороткой» всех подельников.

– А меня он не мог «сдать». – Ухмылка горбуна превратилась в безобразную гримасу. – Вы, русские свиньи, нас недооцениваете. Проект «Голем» осуществлялся параллельно с проектом «Голубая революция». Не пересекаясь! Несчастный глупый Сэм даже не подозревал, что я нахожусь в России!

– Параллельно, значит... Гм! Тогда понятно. – Я мало-мальски пришел в себя. – И чем же вы занимаетесь, если не секрет? Как и с какой целью зомбируете людей?!

– Ты небось возомнил, что я стану тебя вербовать?! – с ненавистью прищурился Либерман-старший. – Ошибаешься, сучонок! Тебе не удастся меня обмануть, как беднягу Сэма. И вырваться на свободу не удастся! Ты уже никогда не встанешь с этого стола...

– Ой, только не надо изображать из себя важную персону! – насмешливо перебил я. – Скажи прямо – «не знаю». Ты, Дэвид, никакой не руководитель проекта, а обычная мелкая сошка, типа штатного палача. На большее ты просто не способен. Слишком уж морда тупая. Типичный дегенерат!

Мой расчет оказался верен. Уязвленный горбун аж подпрыгнул от ярости, перекосился, как черт при виде Святых Даров, и пронзительно, по-бабьи заголосил: – Ты-ы-ы... Эфэсбэшная тварь!!! Ты смеешь меня оскорблять?!.

«Не очень-то умен. Легко поддался на провокацию», – мысленно отметил я.

... – Не веришь, да?! Гадости говоришь?! – продолжал бесноваться Дэвид. – О-о-о, факинг щит [18] !!! Я есть тебе доказать... Тьфу! То есть я тебе докажу. – Он вырвал из кармана переговорное устройство, судорожно нажал кнопку и грубо рявкнул: – Приведите сюда Михайлова!!! По форме «0». Живо! – и посмотрел на меня с нескрываемым торжеством. – Сейча-а-а-ас! Сейчас убедишься, свинья!!!