Войдя в гостиную, освещенную бликами угасающего в камине огня, Барнаби остановился.

В кресле, сжавшись в комочек, спала Пенелопа.

В тот момент он не мог бы точно определить, что чувствует. Эмоции росли, набирали силу, захлестывали его.

Впервые в жизни его кто-то ждал. Обычно он приходил в одинокий дом, усталый, измученный и разочарованный. Она была единственной, кого он хотел видеть. Единственной, кто ждал его возвращения. Именно в ее объятиях он искал и находил утешение.

Первым порывом было подхватить ее на руки и унести в спальню. Но неожиданно он задался вопросом - почему она здесь?

Присев на корточки, он нашел ее руки в складках плаща и легонько сжал.

–  Пенелопа! Проснись, милая.

Она вздрогнула, недоуменно моргнула и уставилась на него.

–  Ты жив!
– воскликнула она и, бросившись ему на шею, с силой прижала к себе.

Он рассмеялся, поймал ее и, пошатнувшись, едва не растянулся на ковре. Как только ее ноги коснулись пола, она отстранилась и стала его осматривать. Барнаби не сразу понял, что Пенелопа проверяет, не ранен ли он.

–  Я цел и невредим, - заверил он, снова притягивая ее к себе.
– Никаких стычек. Я все это время просидел в Скотленд-Ярде.

–  Так что же случилось?
– не выдержала Пенелопа. Вместо ответа Барнаби нагнулся, поднял ее, уселся в кресло и усадил ее себе на колени. Она тут же заерзала, устраиваясь поудобнее, и откинулась на его руку, чтобы заглянуть в лицо:

–  Ну?

Он поведал ей все. Даже то, как сильно встревожен Стоукс. Пенелопа заставила его припомнить все подробности. Потом они долго обсуждали, каким образом один из мальчиков проник сквозь оконную решетку и похитил вазу.

–  Должно быть, это совсем небольшая ваза, - задумчиво пробормотала Пенелопа.

–  Так и есть. Мы со Стоуксом допросили дворецкого. Он описал вазу. Судя по всему, это необыкновенная вещь. Китайская, из резной слоновой кости. Одному Богу известно, сколько она может стоить.

–  Значит, он выбирает раритеты, - заключила Пенелопа.

Барнаби кивнул:

–  Это только подтверждает мою мысль, что он получил заказ от какого-то коллекционера и наверняка знает, что тот готов платить любую цену, не спрашивая, где Алерт все это раздобыл.

–  Жаль, - вздохнула Пенелопа, - но зачастую коллекционеры совершенно лишены моральных принципов.

Оба устали, а завтра предстоял тяжелый день. Сегодня ночью они нуждались в отдыхе. Нуждались в том, что могут найти в объятиях друг друга. В наслаждении и целительном забытьи.

Он осторожно встал и, не выпуская ее из объятий, шагнул к двери.

–  Твой бедный кучер до сих пор ждет у дома?

Пенелопа обвила руками его шею и положила голову ему на плечо.

–  Нет. Я отослала его домой. Придется позже найти наемный экипаж.

Когда он направился к лестнице, она улыбнулась и пробормотала:

–  Гораздо, гораздо позже. На рассвете.

Глава 22

Барнаби, примостившийся на краю стола, молча наблюдал, как Стоукс мерил шагами кабинет.

–  Мы уже тысячу раз все обсуждали. Мальчики у Смайта, и если не вмешается провидение, у нас нет ни малейших шансов в ближайшее время их вернуть, - заметил Барнаби.

–  А времени как раз и нет!
– жестко произнес Стоукс.

–  Ты прав… Монтегю сегодня утром прислал записку, из которой ясно, что каждый из одиннадцати подозреваемых джентльменов в той или иной степени залез в долги. Учитывая, что все они холостяки, это не слишком удивительно. Однако насколько значительны эти долги, Монтегю еше не успел определить. Он утверждает, что это займет несколько дней.

–  Мои агенты так и не сумели узнать, связан ли кто-то из них с преступниками, - поморщился Стоукс.

–  Не думаю, чтобы Алерт мог связаться с мелкими мошенниками, - возразил Барнаби.
– Он умен и осторожен, хотя и наглеет с каждым часом.

–  У него есть на то основания, - буркнул Стоукс.
– Пока что он постоянно опережает нас на шаг.

Стоукс продолжал бродить по кабинету. Вынужденное безделье действовало ему на нервы. Он не мог вынести мысли, что пока не видит выхода. А время на исходе.

Теперь, когда Алерт осуществил свой план и дома ограблены…

Барнаби неожиданно встрепенулся:

–  Мог Смайт ограбить восемь домов в одну ночь?

–  Имея в своем распоряжении всего двух мальчишек? Нет!
– решительно заявил Стоукс.

–  Нет? Определенно нет?!

Стоукс, что-то сообразив, оживился:

–  Черт возьми, это невозможно физически. Но если Алерт по-прежнему придерживается своего плана ограбления восьми домов… значит, осталось не менее трех грабежей.

–  Пять - это максимальное количество за одну ночь?
– спросил Барнаби.