– Будьте любезны, возьмите свои вещи с моего стола. – Он произнес это таким тоном, словно я специально досадил ему, разложив перед его носом имущество.

Я забрал конверты, портмоне и другое барахло и рассовал по карманам. Но паспорт и визу он не выпускал из рук.

– Если это все, я хотел бы отправиться в гостиницу, – заявил я.

– Я сам вам сообщу, когда мы закончим, мистер Бреннер. Если мы закончим.

Он в первый раз назвал меня по фамилии, и я понял, что это не дань вежливости: Манг давал понять, что знает, как меня зовут, где я буду жить во Вьетнаме, когда уеду из страны и что лежит в моем кошельке. Словом, абсолютно все.

– Вы зарезервировали гостиницы в Хошимине и Хюэ, – продолжал он. – Но между этими датами несколько дней.

– Так точно.

– Куда вы собираетесь?

– Пока не знаю.

– Полагаю, в Анхе?

– Не исключено.

– Что ж, это не проблема. Но имейте в виду, что часть вашей прежней базы закрыта для посещения иностранцев, потому что используется Народной армией.

– В том числе автотрейлеры с кондиционерами?

Полковник не ответил.

– Но город открыт, хотя бордели, массажные салоны, бары и опиумные притоны запрещены.

– Что ж, это хорошая новость.

– Неужели? Вы рады, что закрыли Додж-Сити? Вы ведь так называли этот район, который построили ваши инженеры?

– Никогда о таком не слышал.

Манг внезапно скривился и прошипел:

– Моральное разложение. Деградация. Вот почему вы проиграли войну.

Я не хотел, чтобы он поймал меня в ловушку, и потому промолчал.

А полковник Манг продолжал распинаться об "эйджент орандж" [19] , побоище в Милай, бомбардировках Ханоя и таких вещах, о которых не знал даже я.

Очень сердитый человек. Я даже не мог получить удовольствия от того, что его разозлил. Он ненавидел меня еще до того, как я вошел в его кабинет.

Я вспомнил совет Конуэя выразить раскаяние по поводу ужасов войны и понял, что это было не просто предложение, а настоятельная рекомендация.

– Ужасное время для обоих наших народов, – сказал я. – Особенно для вьетнамского. Я сожалею, что моя страна участвовала в войне. Я приехал сюда, чтобы посмотреть, как вьетнамский народ живет в мирное время. Хорошо, что многие ветераны возвращаются в вашу страну. Я знаю много таких, кто не жалеет времени и средств, чтобы залечить военные раны. Да и сам надеюсь чем-то помочь.

Полковник Манг, судя по всему, остался доволен моей маленькой речью и одобрительно кивнул. Она могла бы положить начало прекрасной дружбе, хотя я в этом сильно сомневался.

– Так куда вы направитесь между Хюэ и Ханоем? – спросил он меня.

Выполнять секретное задание. Но этого я ему не сказал.

– Можете что-нибудь предложить?

– Наверняка захотите посетить места прежних боев.

– Я был поваром.

Манг заговорщически улыбнулся. Он словно бы говорил: мы оба понимаем, что это туфта.

– Вы мне не кажетесь человеком, которому нравится заваривать кашу.

– Что вы! Я с детства был очень чувствительным. Стоило увидеть кровь на отбивной, как моментально хлопался в обморок.

Манг перегнулся через стол.

– Я убил много американцев. А сколько вьетнамцев убили вы?

Я почувствовал, что с меня довольно, и поднялся.

– Этот разговор оскорбителен. Я сообщу об инциденте в наше консульство в Сайгоне или в посольство в Ханое. – Я посмотрел на часы. – Я у вас уже полчаса. Если вы задержите меня хотя бы на минуту, я буду требовать, чтобы вы дали мне возможность связаться с консульством.

Манг тоже не выдержал, вскочил, треснул ладонью по столу и впервые повысил голос:

– Вы ничего у меня не потребуете! Требовать буду я! Я требую у вас распорядок ваших передвижений по территории Социалистической Республики Вьетнам!

– Что ж, я о нем поразмыслю. А теперь, пожалуйста, отдайте мне паспорт и визу.

Полковник Манг взял себя в руки и сел. И произнес абсолютно спокойным голосом:

– Будьте любезны, мистер Бреннер, сядьте.

Я постоял достаточно долго, чтобы как следует его позлить, а потом опустился на стул.

– Я задержу ваш паспорт до вашего отъезда из Хошимина. А до этого времени вы мне предоставите полный и подробный план ваших поездок из Хошимина в Хюэ и из Хюэ в Ханой.

– Я предпочел бы получить паспорт сейчас.

– Мне плевать на ваши предпочтения. – Манг посмотрел на часы. – Вы пробыли в моем кабинете десять минут. Это обычная паспортно-визовая проверка. – Он подтолкнул мне визу через стол. – Забирайте.

Я поднялся, взял визу и, оставив снежный шарик на столе у полковника, шагнул к двери.