— Надеюсь, ты понимаешь, какие печальные последствия это будет иметь для твоего будущего.

— А вот это вряд ли. Вообще-то я проконсультировался с адвокатом и собираюсь подать на Теда Карсона в суд. — На самом деле до сих пор Джон ни о чем таком не думал, но сейчас решил, что это действительно неплохая мысль. — Судите сами, Гушмэн: я примерный ученик, играю в футбольной команде. Это будет большая потеря для школы. Серьезная потеря.

— Во-первых, мистер Гушмэн. Я требую уважения.

Костяшки пальцев у него побелели, и Джон понял: Гушмэн не ожидал сопротивления. Что ж, может, Джонни-Простак и стал бы перед ним пресмыкаться, но только не он. У него есть компромат на весь департамент образования. И даже на мэра. Так что ему это — раз плюнуть.

— Уважение надо заслужить, — съязвил Джон.

— Все ясно. Мне позвонить твоей матери или ты сам доберешься до дома?

— До дома? С какой стати?

— Начиная с этой минуты ты на три дня отстраняешься от занятий.

Ах да… Он совсем забыл об этом. Джон пожал плечами. Джонни-Простак, наверное, наложил бы в штаны от расстройства. Для него же это не имело никакого значения.

— Я сам о себе позабочусь.

— В таком случае ты не будешь допущен к занятиям вплоть до четверга. Я извещу об этом твоих родителей. Тренеру Джессику я тоже сообщу, что из футбольной команды школы ты исключен.

— Ради бога.

Мистер Гушмэн встал и грозно навис над столом. Посуровевшим голосом он произнес:

— Я был о тебе лучшего мнения, Джон. Я считал тебя приличным мальчиком. Однако с тех пор, как ты вошел в эту дверь, мне пришлось серьезно пересмотреть свои взгляды.

Джон пожал плечами.

— На здоровье, — он поднялся, не обращая внимания на ярость Гушмэна. — Это всё?

— Да. Можешь идти.

По крайней мере, не придется учиться играть в футбол. К тому же этих трех дней ему как раз хватит, чтобы заняться осуществлением своих планов. Проходя мимо секретарши, он улыбнулся — ей и придуркам, дожидающимся своей очереди. На самом деле все устраивалось как нельзя лучше.

Взмахнув в воздухе руками, Джонни всем весом приземлился на левую ногу. Ступня подвернулась, и он со стоном покатился по траве.

«Трава?» — удивился он, в то время как ногу пронзила резкая боль. Джон сел и, раскачиваясь из стороны в сторону, прижал колено к груди. Ветер дышал степными ароматами: пахло землей, цветочной пыльцой и клевером.

Джон попытался вытянуть ногу, но боль оказалась слишком сильной. Одной рукой стащив со спины рюкзак, он откинулся назад и, тяжело дыша, поднял глаза к небу. Боль была просто адская.

Итак, прибор сработал. Он снова перепрыгнул в другую вселенную. Вот только в этой вселенной не было ни библиотеки, ни города Финдли, ни штата Огайо. Здесь вообще, похоже, не было ничего, кроме травы.

Джон проверил показания прибора: на циферблате значилось 7535. Он очутился в следующей по счету вселенной.

Джон огляделся по сторонам, но сквозь желто-зеленые заросли ничего не увидел. Трава шелестела на ветру с таким звуком, словно наждаком скребли по дереву. Джон осторожно поднялся, опираясь на здоровую ногу. Он стоял посреди широкой равнины. На севере и востоке виднелись небольшие рощицы, а к западу и к югу, насколько хватало глаз, тянулась сплошная трава.

Здесь не было библиотеки, чтобы понять особенности этой вселенной. Быть может, здесь вообще нет людей. А может, здесь сохранилась цивилизация майя? Но чтобы это выяснить, ему придется провести разведку боем.

Джон снова сел на траву. Нет, подумал он. Он должен вернуться в свою жизнь. Джону Первичному придется ответить кое на какие вопросы, и вообще, он дорого заплатит за свой обман… Сейчас воскресенье, середина дня. Значит, у него в запасе еще целых полсуток, чтобы выяснить, как вернуться в свой мир, и успеть к школе.

Коленка распухала все сильнее. Скинув куртку и рубашку, Джон порвал футболку на длинные полосы и перевязал ими колено так туго, как только смог. Перелома вроде не было, а вот растяжение — наверняка.

Джон вытащил из рюкзака приготовленный накануне сэндвич и развернул обертку. Расправившись с едой за пару укусов, он запил водой из фляжки. Вкус сэндвича еще больше разбередил его ярость. Джон Первичный сейчас ест его хлеб и спит в его постели!.. Интересно, каково это — набить морду человеку, у которого она твоя? Поразмыслив, Простак пришел к выводу, что справится.

Послеобеденный отдых Джон посвятил заботе о больной ноге и размышлениям — об известных ему фактах, о том, что он считал фактами, и о тех фактах, которые сообщил ему Джон Первичный. Последнюю категорию сведений приходилось признать недостоверными или заведомо ложными. Однако его собственных знаний становилось все больше.

Итак, он побывал уже в двух вселенных. Следовательно, прибор по-прежнему работает, и его переход из вселенной номер 7534 во вселенную номер 7535 это доказал.

Это также подтверждало его теорию о том, что устройство позволяло перемещаться только в миры с более высокими порядковыми номерами. Подтверждало, но не доказывало. Любая гипотеза требовала многократной экспериментальной проверки. На две вселенные вперед он уже переместился. Придется проделать это еще пару раз, чтобы убедиться: устройство работает именно по такому принципу.