– Ты говорил про Гарика.

– Он взял копье. Известно, что арбалеты и луки у них очень хорошие, а мечи брать опасно – можно нарваться на живой. А про копья его не предупредили. Ну он и… Проиграл.

– Я могу его увидеть? – быстро спросил Лерка.

– Он умер, – Андрей отвернулся к окну. – Под поезд попал… Вроде случайно…

– Ясно. Ладно, пошли на урок. – Когда Андрей вошел в класс, Лерка посмотрел на кончики своих пальцев. Пальцы не дрожали, и это было хорошо.

Фиг он меня победит, – зло подумал он. – Я вам не Гарик – под поезда прыгать. Мы – детдомовские…

Андрей промолчал – за это Лерка мог поручиться. Он все время был рядом, никуда не уходил. Но к большой перемене о Леркиной беде знали практически все. Оля Гжель, та самая четвероклассница. Ученица колдуньи. Вычислила.

Сначала подошла Ленка. Думала, думала, повздыхала, потом, так ничего и не сказав, ушла. Потом подошел Колокольчик и прямо сказал, что если с черным мечом, то это плохо. Лерка согласился.

Затем подошел какой-то парень из седьмого класса, которого Лерка не знал, ведя за руку эту самую Олю.

– Это правда? – без обиняков поинтересовался он. – У тебя черный меч?

– Еще нет, – вздохнул Лерка. – Мы боролись, когда я проснулся.

– Никогда о таком не слышал, – удивился парень. – Ты, наверное сознание потерял, те, кто не спит, не могут проснуться…

– Ага… Может быть.

– Ты это… – парень протянул Лерке платок, – возьми. Помочь – не поможет, но не так больно…

– Это что? – Лерка развернул платок и обнаружил в нем с десяток разноцветных таблеток. – Это чтобы – там?

– Ну да…

– Ты хочешь сказать, – Лерка почувствовал, как холодный ком в горле растворяется, уступая место сумасшедшей надежде, – что наркотики, принятые ЗДЕСЬ будут действовать ТАМ?

– Очень слабо, – кивнул парень, – а что?

– Ну и дураки же вы все! – в сердцах сказал Лерка. – Выгребай карманы, мне нужны деньги. Потом верну.

– Зачем?

– На наркотики. Настоящие, а эту муть – забирай.

Идею Лерки приняли с недоверием, равно как и его утверждение, что он знает, что делает. Но денег дали многие, и охотно. И даже без возврата. Так что подходя к скучавшему около входа в школу негру, Лерка мог помахать у него перед носом довольно толстой пачкой.

– Так достанешь, или нет?

– Скажи еще раз – мизи…

– Запиши. Аминазин. – Лерка снова махнул пачкой купюр. Правда, мелких купюр, но пусть… Негр послушно записал название под диктовку на пачке сигарет. Все шло по конспекту лекции «вербовка агентов для разовых поручений», даже смешно. Негр потянулся к деньгам.

– Сколько тут?

– В руки не даю. И имей в виду – это – сегодня. Завтра он мне не нужен. Хоть тонну притащи.

– Ясно, начальник, – негр повеселел. – Сделаем.

Проводив свою «последнюю надежду» взглядом, Лерка сел на школьное крыльцо и задумался. Можно, конечно, связаться с Семеном Семенычем. Он тоже даст аминазин, но он еще и будет задавать вопросы… А Лерка был к вопросам не готов. Трудно отвечать на вопросы, когда знаешь – закрой глаза, и придется сражаться за свою жизнь.

Негр превзошел самые смелые Леркины ожидания – он приволок фабричную упаковку с пятью ампулами для инъекций. Шприц достала Лена, к счастью, он предусмотрел такую необходимость. А не предусмотрел бы? Отдал негру деньги и припустил домой. Если повезет – завтра будем рубить черным мечом капусту на завтрак, а если нет… И во сколько раз слабее будет действовать эта штука во сне? И вообще – удастся ли заснуть-то – на аминазине?

Какая-то Аня, у которой мама работала в медицинской библиотеке, устроила ему разовый пропуск. Почитать про аминазин. Фармакокинетика – эта та скорость, с которой наркотик выводится из организма. Получалось, что если поддерживать в крови высокую концентрацию, то надо колоться каждые два часа. Немного. Про осложнения Лерка читать не стал – деваться все равно было некуда. Как там говорится в легенде – и с тех пор ему подчинялись все черные мечи? Интересно, что он скажет в субботу на докладе дяде Семе?