В этот вечер Виктор взял Лешку с собой на рыбалку, поэтому наблюдать закат я пошла одна. Усевшись на теплые доски причала, я заслонила рукой глаза и поискала на воде лодочку с Лешкой и Виктором. Вон они заплывают в камыши. Я помахала рукой, так просто, потому что Лешка смотрел в данную минуту только на поплавок.

Сзади раздались шаги. Странно, кто бы это мог быть? Старики вечерами раскладывают пасьянсы, Агафья Ивановна занимается своими делами, Виктор с Лешкой – вон они, а Игорь никогда не ходит смотреть на закат – солнце слепит его единственный глаз. Вместо того, чтобы повернуться, я гадала, кто же это идет. Шаги остановились совсем рядом.

– Здравствуй, Маша, – произнес знакомый голос.

Естественно. Я самого начала, с того момента, когда увидела открытое окошко в мезонине, знала, кто там живет. И незачем было Надежде кашлять и хрюкать. Уж как-нибудь я догадалась, что Иосиф Иосифович Бальзаминов имеет некоторое отношение к Джузеппе Бальзамо!

Ох уж этот мне граф Калиостро! Думает небось, что сильно умный, играет с людьми, как Лешка – с оловянными солдатиками.

Что ж, на этом его вмешательство в мою жизнь заканчивается. Перстень остался у меня, это верно, но управлять своей жизнью отныне буду я сама. Вот поживу лето у Агафьи Ивановны, окрепну, а осенью начнем с Лешкой новую жизнь.

Я обернулась и посмотрела на Александра. Вид у него стал получше. Он поздоровел и если не загорел, потому что целыми днями сидел в помещении, то немного поправился, во всяком случае, шея не торчала больше так жалостливо из воротника рубашки.

– Тебе понравились мои пироги с вареньем?

Он засмеялся и сел рядом со мной на причал. Солнце садилось чисто.