Супруги Мартыновы были очень занятной парой. Некрасивые, но обаятельные, жизнерадостные и общительные, они были очень похожи друг на друга, как часто бывают похожи много лет прожившие вместе бездетные супруги. Они были очень похожи, хотя Нина была крошечного роста, а Николай – выше двух метров. Очень худые, спортивные, постоянно загорелые и обветренные, как будто они были не программистами, а моряками, Мартыновы всегда жили друг для друга и жили интересной полной жизнью. Зимой они катались на горных лыжах, раньше – на Кавказе и в Хибинах, теперь – в Татрах или в Альпах, летом ходили в байдарочные походы или совершали альпинистские восхождения. Но главным их увлечением был театр. Они не пропускали ни одних интересных гастролей, а уж о театрах Петербурга знали все, что только стоило знать. О них-то и вспомнила Надежда, когда изыскания привели ее к актрисе Гусаровой.

Нина оказалась дома и сняла трубку. Услышав, чего от нее хочет Надежда, она разохалась:

– Просто так уже и не позвонишь! Ну Бог с тобой, слушай. Конечно, я помню Ларису Гусарову. Тогда об этом весь город судачил. Уж что было причиной – говорили всякое. Не то любовная история, не то был у нее нервный срыв… короче, выбросилась баба из окна, насмерть. В театре все были в шоке. Замену ей, разумеется, нашли, но была она неравноценная, а «Каменного гостя» вообще потом сняли с репертуара, потому что Тихонова на Лауру совершенно не годилась…

– Ладно, театральные подробности меня не очень интересуют.

– А что же тебя интересует? Это как раз самое важное!

– Ты мне лучше скажи, что ты про нее саму знаешь, про ее смерть.

– Про смерть больше ничего не знаю. Ну выпала из окна своей квартиры, разбилась страшно, родной муж еле опознал…

Надежда опять почувствовала себя спаниелем на болоте.

– Значит, у нее был муж? И как фамилия его?

– Его фамилии не знаю, он не из театральных кругов, но Гусарова – это был ее сценический псевдоним, а так она была Гусева. Гусева Лариса Петровна.

По напряженному молчанию Надежды Нина поняла, что сказала очень важное, и спохватилась:

– А почему ты вдруг заинтересовалась такой старой историей? Ты раскопала что-то интересное про ее смерть?

– Возможно, – уклончиво ответила Надежда и задала встречный вопрос: – А у тебя случайно нет ее фотографии? Или ты смогла бы узнать ее на фото?

– Если поискать, какую-то фотографию найду, а уж узнать-то точно узнаю, я же ее столько раз в спектаклях видела!

Надежду обуяло нетерпение, и она набралась наглости:

– Послушай, ты сейчас никуда не уходишь? Можно, я заскочу буквально на минутку?

– Можно, – ответила Нина, и по ее интонации Надежда поняла, что Нина заинтригована донельзя и отмахнуться от ее расспросов будет трудновато.

Надежда посмотрела на часы и с ужасом убедилась, что муж скоро придет домой. А она все равно не успеет, поэтому она подумала, что семь бед – один ответ, и решила быстренько смотаться к Нине. Через полчаса она звонила в дверь мартыновской квартиры. Она помнила, что в квартире у Нины и Коли всегда потрясающий беспорядок, но все равно в очередной раз была поражена. Она еле смогла протиснуться в дверь, потому что всю прихожую занимала огромная надувная лодка.

«Зачем держать лодку надутой?» – изумилась она, но решила, что хозяевам виднее.

Словно прочитав ее мысли, Нина махнула рукой в сторону лодки и сказала с ужимкой веселой обезьянки:

– Колька надул лодку, чтобы проверить, нет ли течи… Дня три постоит, и уберем.

Как будто одной лодки было мало, на огромном шкафу, который раньше назвали бы славянским, громоздилась двухместная байдарка. Дальше на стене висели два велосипеда. В прежние времена Коля, случалось, затаскивал в квартиру даже мотоцикл, но теперь, благодаря хорошим заработкам, мотоцикл давно уже сменился приличным автомобилем, а затащить его в квартиру было невозможно при всем Ко-лином желании и при всей Нининой покладистости.

Лавируя между плавсредствами и туристским инвентарем, женщины пробрались на кухню, надо сказать, достаточно чистую и оборудованную современной бытовой техникой.

– Ну покажи, что у тебя? – спросила Нина с горящими от возбуждения глазами.

Надежде не очень хотелось показывать кому бы то ни было роковую фотографию, но Нина нужна была ей для опознания. Она достала фото из сумочки и выложила на стол, как картежник – козырной туз. Нина озадаченно уставилась на снимок.

– Ну и при чем здесь Лариса Гусарова? – спросила она в полном недоумении.

– А что, это не она? – Теперь уже у Надежды возбужденно горели глаза.

– Разумеется, нет. – Нина даже обиделась, что кому-то это может показаться неочевидным.

– А ты не нашла фото самой Ларисы? – Надежда говорила почти с мольбой.

Нина вздохнула, снова пробилась сквозь захламленный коридор в гостиную и вернулась из экспедиции, победно тряся в руках простую картонную папку с завязками.

– Вот! – гордо сказала она. – После твоего звонка я нашла все, что у нас было про Театр на Фонтанке. И Лариса тут есть.