В базарный день цена

На эту землю свыше

Ниспослана весна.

Два слова войскам: - несмотря на успехи, Не прячьте в чулан или старый комод Небесные легкие ваши доспехи Они пригодятся еще через год.

Я не успел

– --------

Свет новый не единожды открыт, А старый - весь разбили на квадраты. К ногам упали тайны пирамид, К чертям пошли гусары и пираты. Пришла пора всезнающих невежд, Все выстроено в стройные шеренги. За новые идеи платят деньги, И больше нет на "Эврику" надежд.

Все мои скалы ветры гладко выбрили, Я опоздал ломать себя на них. Все золото мое в клондайке выбрали, Мой черный флаг в безветрии поник. Под илом сгнили сказочные струги, И могикан последних замели. Мои контрабандистские фелюги Сухие ребра сушат на мели. Висят кинжалы добрые в углу Так плотно в ножнах, что не втиснусь между. Мой плот папирусный - последнюю надежду Волна в щепы разбила о скалу.

Вон из рядов моих партнеры выбыли У них сбылись гаданья и мечты. Все крупные очки они повыбили И за собою подожгли мосты.

Азартных игр теперь наперечет. Авантюристы всех мастей и рангов По прериям пасут домашний скот, Там кони пародируют мустангов.

И состоялись все мои дуэли, Где б я почел участие за честь. И выстрелы и эхо - отгремели... Их было много - всех не перечесть.

Спокойно обошлись без нашей помощи Все те, кто дело сделали мое. И по щекам отхлестанные сволочи Фалангами ушли в небытие.

Я не успел произнести: "К барьеру!" А я за залп в дантеса все отдам. Что мне осталось? Разве красть химеру С туманного собора нотр-дам?! В других веках, годах и месяцах Все женщины мои отжить успели, Позанимали все мои постели, Где б я хотел любить - и так, и в снах.

Захвачены все мои одры смертные, Будь это снег, трава иль простыня. Заплаканные сестры милосердия В госпиталях обмыли не меня.

Ушли друзья сквозь вечность-решето. Им всем досталась лета или прана. Естественною смертию - никто: Все противоестественно и рано.

Иные жизнь закончили свою, Не осознав вины, не скинув платья. И, выкрикнув хвалу, а не проклятье, Спокойно чашу выпили сию. Другие знали, ведали и прочее, Но все они на взлете, в нужный год Отплавали, отпели, отпророчили... Я не успел. Я прозевал свой взлет.

* * *

Дурацкий сон как кистенем Избил нещадно. Невнятно выглядел я в нем И неприглядно Во сне я лгал и предавал, И льстил легко я... А я и не подозревал В себе такое.

Еще сжимал я кулаки И бил с натугой. Но мягкой кистию руки, А не упругой. Тускнело сновиденье, но Опять являлось. Смыкались веки, и оно Возобновлялось.

Я не шагал, а семенил На ровном брусе, Ни разу ногу не сменил, Трусил и трусил. Я перед сильным лебезил, Пред злобным гнулся. И сам себе я мерзок был, Но не проснулся.

Да это бред! Я свой же стон Слыхал сквозь дрему, Но это мне приснился сон, А не другому. Очнулся я и разобрал Обрывок стона. И с болью веки разодрал, Но облегченно.

И сон повис на потолке И распластался. Сон в руку ли? И вот в руке Вопрос остался. Я вымыл руки - он в спине Холодной дрожью. Что было правдою во сне, Что было ложью?

Коль это сновиденье - мне Еще везенье. Но если было мне во сне Ясновиденье? Сон - отраженье мыслей дня? Нет, быть не может! Но вспомню - и всего меня Перекорежит.

А вдруг - в костер?! И нет во мне Шагнуть к костру сил. Мне будет стыдно, как во сне, В котором струсил. Иль скажут мне: - пой в унисон, Жми что есть духу!.. И я пойму: вот это сон, Который в руку.

* * *

Беда! Теперь мне кажется, что мне не успеть

за собой Всегда Как будто в очередь встаю за судьбой. Дела! Меня замучили дела - каждый миг, каждый час,

каждый день. Дотла Сгорело время, да и я - нет меня, только тень. Ты ждешь. А может, ждать уже устал и ушел

или спишь... Ну что ж, Быть может, мысленно со мной говоришь. Теперь Ты должен вечер мне один подарить,

подарить Поверь, Мы будем много говорить. Опять Все время новые дела у меня,

все дела Догнать, Или успеть, или найти, - нет, опять

не нашла. Беда! Теперь мне кажется, что мне не успеть

за собой. Всегда Как будто в очередь встаю за тобой... Теперь Ты должен вечер мне один подарить,

подарить Поверь, Мы будем только говорить. Подруг Давно не вижу, все дела у меня,

все дела... И вдруг Сгорели пламенем дотла - не дела,

а зола. Весь год Он ждал, но больше ждать ни дня