— Вчера, как известно, Август Октябревич получил от Котова один замечательный пакет. Вы сами устраивали их встречу.

— Я при ней не присутствовал! — заторопился Светозар Трудомирович. — И ничего не видел. Я только подошел к нему на спортплощадке и сказал, что «все уже сделано». Что «сделано» — я не знаю, Август Октябревич мне не говорил…

— И прекрасно, — вежливо перебил секретарь. — Мне известно лучше вашего, о чем шла речь. К вам я пришел совсем не по этому поводу. Не знаю, правда, насколько с вами стоит быть откровенным и насколько вы сможете понять существо ситуации…

— Я буду нем как рыба! — Забулдыгин вскочил с места.

— Рад был бы в это поверить. — Секретарь улыбнулся интеллигентной, совсем не зловещей улыбкой. — Вы должны понимать, что от того, насколько правильно вы будете себя вести, зависит очень многое. В частности, ваше личное благополучие, здоровье, а может быть… и жизнь.

— Вы же Забулдыгина знаете — когда Забулдыгин подводил?!

— Уверяю вас, мой визит сюда не состоялся бы, если бы у тех, кто уполномочил меня провести эту беседу, были в отношении вас серьезные сомнения, — как по писаному шпарил вежливый секретарь.

— А… Вы разве не от Августа Октябревича?.. — пробормотал Забулдыгин. Такого случая он боялся всегда.

— Нет, мы не от Запузырина. Кстати, как ваше отношение к нему? Не изменилось?

— А разве у нас были какие-то особые отношения? — спросил Светозар осторожно. — По-моему, по службе он мог быть мной доволен.

— А вы были им довольны? — прищурился секретарь.

Забулдыгин пожал плечами.

— Ну… Редко кто скажет, что на сто процентов доволен начальником… Но в принципе — терпимо.

— Давайте ближе к делу, — напомнил о себе верзила у стены.

Секретарь повернул голову.

— Извините, Саша, но, как утверждал капитан Жеглов, «ваш номер — шестнадцатый». Подпирайте пока стену, ваша физическая сила еще пригодится.

— Понял, — легко согласился верзила. То ли он уважал культурных людей, то ли вообще знал свой номер в жизни.

Упоминание о физической силе негативно отразилось на состоянии Забулдыгина. У него начала дрожать коленка, потом затряслась рука, а чуть позже отчетливо застучали зубы.

— Что это вы так волнуетесь? — спросил секретарь. — Наверное, у вас не все чисто? Может быть, вы чем-то виноваты перед Августом Октябревичем?

— Н-нет!

— Успокойтесь! Я же сказал: ведите себя адекватно ситуации — и все будет в порядке.

— П-постараюсь… — пролепетал Забулдыгин.

— Мне понадобится ваша помощь. У вас какая машина?

— «Шестерка», — вздохнул Светозар, впервые подумав, что его положение в «Интерперестрой лимитед» соответствует модели его «Жигулей».

— Если все будет нормально, — секретарь посмотрел в глаза Забулдыгину, — вы сможете заменить ее на какую-нибудь «хонду». Если не получится — ну, что ж…

— Что от меня требуется?

— Ваша машина и ваша личность за ее рулем. Запузырин вас хорошо знает, вы — человек, который проработал с ним много лет, верно?

— Да, да…

— Так вот, сейчас вы сядете в свои «Жигули» и поедете на сорок пятый километр. Это в лесу, по дороге от дачи Запузырина к Старопоповску. С вами будет Саша, а здесь вашу супругу покараулит Володя. Вы меня поняли?

— Да, да…

А что еще мог сказать Светозар?

Они вышли в ночь, такую неуютную и сырую. Забулдыгин отпер гараж, завел свою скромную «шестерку». За его спиной сидел молчаливый, небритый и очень большой Саша. Время от времени у Светозара появлялось ощущение, будто в затылок ему нацелен пистолет. В зеркальце он мог видеть только глаза своего сопровождающего, и ничего хорошего эти глаза не сулили.

— Здесь, — коротко сказал охранник. — Притормози и жди. Можешь поспать, я разбужу, когда надо.

Странно, но Забулдыгин заснул, причем довольно быстро, и спал крепко до самого утра. Когда он проснулся, в машине сидело еще трое молодцов. Никого из этих ребят Светозар не знал, но все они были чем-то похожи на Сашу.

— Прогуляться не хотите? — вежливо осведомился Саша. — Еще есть время. Коля вас проводит.

Забулдыгин чувствовал, что прогулка ему необходима, и вылез из машины. Молчаливый Коля сопроводил его до кустика, а сам некоторое время делал какие-то упражнения с нунчаками. Это впечатляло, но тем не менее не мешало Забулдыгину.

Вернувшись в машину, подождали еще. Саша, откинувшись на сиденье, вертел в руках портативную рацию, тихо похрюкивавшую на приеме. Так прошло часа два, за это время солнце успело подняться высоко и вся ночная сырость улетучилась.

— Я тучка, тучка, тучка, я вовсе не медведь… — неожиданно пропела рация.

— Ах, как приятно тучке по небу лететь, — серьезно ответил Саша и скомандовал:

— По местам!

Забулдыгин не знал, где его место, а потому остался за рулем. Коля и два других подчиненных Саши выскочили из машины. Коля укрылся в кустиках, а остальные в кювете.