Навстречу им выбежал сам Тициан. Художник выглядел очень взволнованным. Худые бледные ноги виднелись из-под ночного халата.

— Быстро же вы! Я послал слугу всего пять минут назад.

— Меня никто не вызывал, — сказал Сандро.

В комнату ворвался Фортунато, царапая когтями мраморный пол. Злобно зарычав, щенок бросился на Кавалли, но Лаура успела перехватить собачонку.

Тициан поскреб подбородок.

— Тогда почему же вы пришли? Кто сообщил вам?

— Никто, — сказала Лаура. — Я пришла забрать свои вещи.

Раздосадованно повернувшись к ней, Сандро упрекнул девушку:

— Я же просил вас подождать меня в гондоле!

— Но в доме маэстро я человек не посторонний!

— Лаура!.. — возмущению Сандро не было предела.

— Я не могла оставаться в гондоле, — тихо добавила девушка. — Джамал и Ясмин даже не глядят друг на друга. Их молчание режет мне сердце. Это просто невыносимо!

Тициан усмехнулся.

— Но что вы имели в виду под словами «забрать свои вещи»?

— Я отправляюсь с Сандро Кавалли в его загородный дом, — ответила Лаура, тактично умолчав о причинах отъезда. — Времени для более подробных объяснений, простите, нет.

Она виновато склонила голову.

— Мне очень жаль, маэстро! Знаю, еще многому я могла бы у вас научиться, но придется завершить последние картины без вашего руководства.

К Тициану подбежал Вито. Он запыхался и тяжело дышал, раздувая щеки.

— Маэстро, в саду никого не нашли! Где еще прикажите искать?

— Прекратите поиски, Вито. Вы же видите: прибыл Страж Ночи!

Забрав непрерывно лающего щенка, ученик художника удалился.

Сандро с нетерпением обратился к Тициану с вопросом:

— Так что же случилось?

Глаза художника загорелись яростью.

— Кто-то вломился ко мне в дом. Я услышал шум, а когда увидел, что именно украдено, вызвал вас.

Куда только подевалась усталость! Сандро весь преобразился: вспыхнули глаза, расправились плечи. Охотник почуял зверя.

— Что украдено?

Тициан повернулся к лестнице.

— Пойдемте. Я покажу.

Кивком головы он пригласил и Лауру следовать за ним.

— Вам тоже следует посмотреть на это.

Спустя несколько минут, они уже стояли в той галерее, где еще недавно висели полотна маэстро, для которых позировала Лаура. Только теперь стены были голы. Мифологические красавицы исчезли. Девушка горестно вздохнула и покачала головой. Сандро обнял Лауру за плечи, чувствуя, как она дрожит и как стучит ее сердце.

Его самого тоже пронзило острое чувство утраты, но к нему приметались еще злость и страх: злость оттого, что он не сумел защитить и спасти от грязных рук преступника созданную художником нетленную красоту, а страх — из опасений, что темная и таинственная сила, угрожающая девушке, в очередной раз опередит его.

Кавалли вспомнил свое первое впечатление от картин. Они поразили его. И вот их нет! Неизвестный злодей выкрал все полотна галереи.

— Что еще пропало помимо картин? — поинтересовался Сандро.

— Больше ничего, — обхватив голову руками, Тициан, как слепой, бродил по пустой галерее.

— Вор точно знал, что ему нужно, — заметил Кавалли.

— Но ведь картины были такие… большие! — пробормотала Лаура, — как же вор смог унести их все сразу?

— Они без рам, — ответил Сандро. — Достаточно сильный мужчина мог бы, пожалуй, унести их без особых хлопот.

Страх изгнал из него остатки усталости. Кража явно была связана с убийствами! Или нет? Может, чувства к Лауре затуманили ему голову и он потерял способность здраво мыслить, лишившись рассудка? Да это и неудивительно! Ее красота и святого способна свести с ума, натолкнув на грешные мысли.

Снизу донесся какой-то шум, голоса, и все трое из галереи устремились к лестнице. Оказалось, что прибыли стражники во главе с человеком, назначенным дожем замещать Сандро в течение сорока дней.

— Ну, а теперь идите, возьмите, что собирались взять, — обратился к Лауре Тициан.

— Однако учтите, мы не сможем забрать сейчас с собой все ваши полотна, — поспешил уточнить Сандро. — Я пошлю за ними позже, когда мы приедем в мой загородный дом.

Лаура собралась было возразить, но Кавалли уже повернулся к ней спиной.

Спустившись вниз, Сандро принялся раздавать своим людям указания. Человек, назначенный дожем вместо него, обиженно уставился на своего бывшего повелителя, стражники смущенно потупились. Кавалли охватило отчаяние. В ближайшие сорок дней он не Страж Ночи! Он никто! Просто… посторонний человек. За последние годы это первое расследование, которое будет проведено без его участия.

Тициан нежно погладил Лауру по щеке.

— Думаешь, он позволит тебе писать? Я, конечно, уважаю Сандро Кавалли, но ему трудно понять душу художника, он ведь совсем не такой, как мы.