Шрифт:
Мэри обняла брата.
— Джонни, я надеюсь, что ты теперь начнешь новую жизнь! Мейстер обещал, что поможет тебе приобрести ферму и заняться птицеводством… Подумай, Джонни, ты бы не попал под суд, если бы следовал советам Мориса…
— Гм… — пробормотал Джонни, — это он сказал тебе?
Он в упор взглянул на сестру.
— Мэри, скажи откровенно, ты влюблена в Мейстера?
Девушку оскорбило подобное предположение, и она промолчала. Джонни же принял ее молчание за смущение.
— Значит, ты любишь его? — спросил он снова.
— Он был очень добр ко мне… — начала она, хотя не знала, в чем, собственно, выразилась доброта Мейстера.
— Все же, начиная с сегодняшнего дня, ты не будешь работать, — сказал он твердо.
Мэри рассмеялась и воскликнула:
— Ты напомнил мне, что у меня много работы!
Она села за пишущую машинку. Услышав ее успокаивающий стук, в комнату осторожно заглянул Мейстер.
Он оторопело смотрел на Джонни и пятился от него, как будто перед ним встало привидение.
Джон взглядом попросил сестру выйти и обратился к адвокату, не протягивая ему руки:
— Скажите мне, Мейстер, почему вы не сообщили сестре об оставленных для нее деньгах?
— Быть может, вы мне сообщите, Джонни, почему вы здесь? — заикаясь пролепетал Мейстер.
Джон коротко изложил историю своего освобождения.
— Теперь я попрошу вас ответить на мой вопрос, — сказал он.
Но Мейстер быстро пришел в себя.
— Мой дорогой Джонни, я думаю, что нужно уделить внимание вашей сестре, чтобы она не скучала там, за дверью… Я питаю к ней отеческие чувства…
Он поймал гневный взгляд Джона и опустил голову.
— В любом случае советую вам не прикасаться к ней ни при каких обстоятельствах! — воскликнул Джон. — Я вас знаю давно, Мейстер, и знаю ваши повадки… Представляю, какого рода отеческие чувства вы питаете!.. Но… берегитесь!.. Если в намерены повторить историю с Гвендой Мильтон, то вам несдобровать, Мейстер…
Глава 22. Посол от «Неуловимого»
Мейстер подошел к роялю, опустился на стул и заиграл сентиментальную мелодию. Настроение его неожиданно переменилось, он весь ушел в музыку и, казалось, забыл о присутствии юноши.
Он не видел, что человек с черной бородкой подошел к окну со стороны улицы и внимательно разглядывает комнату. Лицо его было вплотную прижато к стеклу.
Молодой Ленлэ продолжал грозить Мейстеру.
— Имейте в виду, Морис, — говорил он, — если вы будете смотреть на мою сестру так же, как на Гвенду Мильтон, я доберусь до вас еще раньше, чем «Неуловимый»!
— Что за чепуха, милый Джонни, — с улыбкой отвечал Мейстер. — Вы ведь знаете, что «Неуловимый» лежит на дне гавани в Сиднее, а если и произошло чудо, то он сейчас чувствует себя, как затравленный зверь: ведь вся полиция поставлена на ноги из-за него…
— «Неуловимый» в Лондоне, и вы отлично знаете, — сухо возразил юноша. — Один Бог ведает, далеко или близко от вас он находится в данный момент…
Человек, стоявший у окна, вдруг исчез, как будто отреагировав на эти слова.
— Почему вы все время угрожаете мне, Джонни? — заметил Мейстер. — Ведь вы видите, что я не хочу ссориться с вами. Быть может, вам нужна моя помощь…
Вместо ответа молодой человек вынул из кармана маленький пакетик и развернул его на столе. Внутри оказался изящный бриллиантовый браслет.
Мейстер взял его и поднес к свету.
— Значит, вот браслет! — сказал он. — А я все время недоумевал, куда вы его дели?
— Я зашел за ним по дороге сюда. Он был оставлен мной у одного из друзей. Это все, что мне досталось… — прибавил он с горечью. — Я совершил три кражи, из них только одна принесла мне пользу…
Мейстер промолвил задумчиво:
— Вы думаете о второй краже в Камден-Крессенте?
— Мне не хочется больше об этом говорить, — нетерпеливо прервал его Джонни. — Я покончил с этим… Тюрьма меня исправила. Во всяком случае, в деле, о котором вы напомнили, человек, присланный вами мне на помощь, сбежал с добычей. Вы ведь сами мне об этом сказали…
В эту минуту новый план зародился в голове Мейстера.
— Я сказал вам неправду, — тихо произнес он. — Наш друг не сбежал с добычей.
— Неужели?
— Он мне все рассказал. Добыча была спрятана в пустом доме на Камден-Крессент, и она там находится по сей день. Я скрыл тогда это от вас, ибо мне не хотелось быть замешанным куда-либо после жемчугов леди Дарнлей… Ведь я мог послать многих людей за этой добычей, но я никому не доверяю…
На лице Джонни выразилась нерешительность: он уже готов был поддаться искушению.