– Она и сама не понимала, до какой степени права, - говорил Фрэнк. Единственный способ покончить с моей прежней жизнью - это провернуть одно крупное дело. Я чуть не свихнулся, пытаясь что-нибудь придумать, но в конце концов у меня появилась одна идея.

Судя по всему, Григории не понимал, о чем идет речь, и лишь из вежливости спросил:

– И вы решили поговорить об этом со мной?

– Угадали. Вчера вечером вы сказали, что хотите проникнуть на атомную станцию. Это серьезно?

– Вполне, - ответил Григорий, слегка насторожившись.

– Вы изучали это оборудование и умеете управлять им, - продолжал Фрэнк.

– Я читал специальную литературу, - ответил Григорий. - Один человек не в силах управлять такой сложной техникой, но я по крайней мере знаю, как она работает. Высшая математика оказалась мне не под силу, но общие принципы я усвоил.

Кван замахал руками, желая привлечь всеобщее внимание. Когда присутствующие обратили на него взоры, Кван тускло улыбнулся и ткнул себя в грудь.

– Вы математик? - спросил Фрэнк.

Кван кивнул.

– Хотите принять участие?

Кван кивнул и взмахнул воображаемым флагом.

– С целью пропаганды, - перевел его жесты Григорий. - Он преследует те же цели, что и я.

– Ваши цели меня не интересуют, - заявил Фрэнк и спросил у Квана: - Вы уверены, что сможете помочь Григорию, если понадобится?

Кван в очередной раз кивнул.

– К чему этот разговор? - спросил Григорий у Фрэнка. - Неужели вы хотите проникнуть на станцию?

– Угадали, - сказал Фрэнк. - Я придумал, как мне раздобыть деньги.

– Какие деньги, Фрэнк?

– Деньги, которые нам заплатят за то, что мы вернем атомную станцию хозяевам в целости и сохранности. Вы отмочите свою шуточку, а я займусь собственными делами.

– Мы с Фрэнком решили захватить электростанцию, - хрипло произнесла Пэми, кривя губы и гневно сверкая глазами.

– Возьмем персонал в заложники и потребуем выкуп и пять миллионов долларов.

До сих пор Мария-Елена сидела подле Квана, но теперь встала и испуганно спросила:

– Вы серьезно? Фрэнк, это очень опасная затея, ведь захватывать станцию придется на глазах у множества людей. А если вас поймают?

– Если даже меня поймают на краже зубочистки, мне все равно конец, ответил Фрэнк. - Какая разница? В моем положении любые незаконные действия одинаково опасны.

Охваченная паникой, Мария-Елена несколько секунд лихорадочно размышляла, но ей на ум пришло лишь одно возражение:

– А если вам не заплатят?

– Заплатят, - спокойно и уверенно отозвался Фрэнк. - Заплатят, только бы мы ненароком не нажали не ту кнопку. Или намеренно. Это единственный способ получить пять...

Раздался звонок в дверь. Григорий стиснул подлокотник дивана.

– Они отпустили меня! Они сказали, что я могу остаться!

Мария-Елена вышла из гостиной, остальные примолкли и обратились в слух. Послышался скрип открываемой двери, Мария-Елена что-то спросила, и низкий зычный мужской голос произнес:

– Я ищу Пэми Ньороге. Я заметил Пэми в магазине, хотел было подойти, но потерял ее в толпе. Потом увидел напротив вашего дома ее автомобиль и решил, что было бы нехорошо уезжать из города, не встретившись со старой подружкой.

Во время этой речи голос звучал все ближе, и наконец в дверях появился его обладатель - огромный мрачного вида негр с холодной улыбкой и красными глазами. Он обвел присутствующих безучастным взглядом и растянул губы в зловещей ухмылке.

– Привет, Пэми.

На лице Пэми мелькнуло испуганное выражение.

– Привет, Раш, - ответила она голосом, исполненным покорности судьбе.

Аннаниил

Итак, брат Раш вернулся.

Впрочем, не беда. События уже развиваются, и он не в силах им помешать. Моя странная группа из пяти человек непременно проникнет на станцию Грин-Медоу-III. В этом я всецело полагаюсь на Фрэнка. У каждого из пятерых свои цели, и цели эти объединяют наших героев в сплоченный коллектив, который просуществует достаточно долго, чтобы успеть воплотить мой замысел.

Проникнув в помещение станции, пять человек предъявят свои требования, которые не найдут должного понимания. Причиной тому послужат отнюдь не смелость или несгибаемая воля властей, а скорее неразбериха, эгоизм и отсутствие профессионализма. Ответственность за происходящее будет возложена на многочисленные частные корпорации, общественные организации и даже комиссии конгресса. Участники событий разделятся на тех, кто побоится что-то предпринять, и тех, кто испугается упустить свой шанс в случае успеха. Раскол в обществе, столкновения мнений и прочие прелести общественной жизни помешают Фрэнку получить свои деньги, а безразличие и равнодушие населения в зародыше подавят все потуги донести пропагандистские призывы до сознания масс.