— Привет, Крис, — отозвались на противоположном конце провода, когда директор фонда «Карпаты» представился и попросил к телефону Йена Дарвента. — Это Мэнди, Мэнди Симпсон.

Крис знал Мэнди — в своё время она была младшим агентом Дарвента по продажам, но за последние годы резко рванула вверх.

— Привет, Мэнди. Как поживаешь? Ты, оказывается, уже замещаешь Йена.

— Я не замещаю. Просто взяла трубку, поскольку мы с тобой знакомы.

По голосу женщины Крис понял, что произошла какая-то неприятность.

— Что случилось, Мэнди? — осторожно спросил он.

— Вчера вечером в Париже Йена убили.

Крис прикрыл глаза. Как ни странно, новость его не удивила. Он ожидал чего-то подобного.

— Крис? — позвала Мэнди, чтобы нарушить затянувшееся молчание.

— Извини. Как это произошло?

— Насколько я знаю, его зарезали.

«Зарезали! Ах, Дункан, Дункан!» — с тоской подумал Крис.

— Полиция поймала убийцу?

— Нет, но я вообще мало что знаю об этом деле.

— Господи, — только и сказал Крис.

— Извини за неприятное известие, Крис, — с сочувствием произнесла Мэнди. — Я-то знаю, что вы с Йеном были друзьями.

«Ну, не такими уж и друзьями», — подумал Крис. И всё же, даже будучи уверен, что по вине Йена погибли два человека, он неожиданно тяжело воспринял известие о его гибели.

— Тебе-то за что просить извинения? Спасибо, что поставила меня в известность, — сказал Крис и повесил трубку.

Олли слышал весь разговор и побелел, как мел.

— Боже мой! — сказал он.

— Да, без Господа нам не обойтись, особенно в такой ситуации, — тяжело вздохнув, сказал Крис.

«Это Дункан его прикончил. Вот болван!» — подумал Крис. После того, как он рассказал Дункану о Йене, тот отправился в Париж, выследил там Йена и убил его. Зная взрывной характер Дункана, сомневаться в этом не приходилось. Не приходилось сомневаться также, что свою вину он скрывать не станет и в ближайшие двадцать четыре часа окажется за решёткой.

— Олли! Помолчи минутку, ладно? Мне срочно нужно сделать один звонок.

Олли торопливо отошёл от стола Криса и плюхнулся в кресло. Крис позвонил Меган и сообщил ей печальную новость.

— Это скорее всего сделал Дункан, — сказала Меган.

— Боюсь, что так.

— Он психически неуравновешенный человек. Впрочем, я всегда об этом догадывалась.

Что верно, то верно — Меган уже высказывала подобное предположение.

— Ты права, — сказал Крис. — И потому его скоро схватят. Дункан не умеет держать язык за зубами.

— Я лично покрывать его больше не стану, — сказала Меган.

— Если это сделал он, я тоже не буду врать.

— Быть может, нам заявить на него в полицию?

Крис вздохнул:

— Нет уж. Давай дождёмся, когда полицейские явятся к нам сами. Должен тебе сказать, нам тоже несладко придётся. Снова начнут расследовать убийство Ленки, потом вспомнят об убийстве Алекса, и вот тогда выяснится, что мы в течение десяти лет скрывали правду об этом деле.

— Наверное, ты прав. Но знаешь, как это ни странно, я испытала при этом известии некоторое облегчение.

— Облегчение?

— Да… после того, как Йена не стало. Уверена, с этих пор я смогу спокойно спать в своей комнате. И сразу же прекратятся убийства. Мне не хотелось бы этого говорить, но если Ленку убил Йен, он получил по заслугам.

— Да… — протянул Крис каким-то деревянным, лишённым всякого выражения голосом.

— Что с тобой? — спросила Меган. — Неужели ты сомневаешься, что Йена убил Дункан?

— Не то чтобы сомневаюсь, но…

— Но абсолютной уверенности у тебя нет?

— Нет. А у тебя?

— У меня тоже. В любом случае ты прав: в полицию идти нельзя. Надо сидеть тихо и ждать результатов расследования.

— Меган!..

— А?

— Могу я приехать сегодня вечером к тебе в Кембридж?

Меган заколебалась, но потом ответила утвердительно:

— Приезжай, конечно. О чём разговор?

— Отлично, тогда до встречи, — сказал Крис. Положив трубку, он задумался. Почему Меган заколебалась, когда он спросил, можно ли ему приехать? — задал он себе вопрос. Это ему не понравилось, и даже очень. С другой стороны, Меган права: смерть Йена выглядела загадочно, и никто из них не мог сказать, чем она могла для них обернуться.