Ускорение уменьшилось. Техники, облегченно вздыхая, снимали Шлемы, вытирали потные лбы.

Киннисон следил за россыпью точек на экране локатора. Его приборы были гораздо точнее, чем те, что передавали информацию на глобус; там все казалось упрощенным и более примитивным. Сейчас, в условиях боя, к услугам техников были радары и компьютеры, но расстояние до вражеских ракет оставалось еще слишком большим, чтобы полностью доверять их показаниям.

Этот полет ничуть не напоминал обычные тренировочные бои, когда целью служила безобидная почтовая ракета, пусть даже запущенная с огромной скоростью. Сейчас все было реально; смертельная угроза, таившаяся в мерцающих на экране точках, заставляла дрожать пальцы и путала мысли. А для точного попадания требовались спокойствие, внимание и мгновенная реакция.

Неужели ракеты? Да! Три или четыре уже приближались.

"Цель один - зона десять", - прозвучал спокойный голос в наушниках Киннисона и, словно услышав его, белые всплески на мониторе засияли желтовато-зеленым огнем. Те же слова услышали остальные двенадцать техников - весь экипаж корабля; и, так же, как Тед, они буквально впились взглядами в свои дисплеи. Этих людей подбирали с помощью множества тестов и испытаний, а лучший из них - в данном случае, сам Киннисон, - назначался командиром. Голос, сообщавший позиции целей, принадлежал координатору их линии обороны, который рассчитывал скорости, направления и прочие характеристики атакующей армады по данным, получаемым от наблюдателей на земле и в небе. Сейчас маневрировавший в вышине корабль находился в полной боевой готовности; "зона десять" означало, что до появления цели в пределах досягаемости их орудий еще уйма времени. Однако Киннисон приказал:

– Цель один. Лоренс - первый, Дойль - второй, Друмонд - третий.

Услышав команду, каждый из техников забегал пальцами по клавиатуре, вслушиваясь в слова координатора и стараясь даже на мгновение не упустить из вида цель. Компьютеры рассчитывали курс, противоракетные торпеды класса "воздух-воздух" были готовы поразить противника.

Киннисон, зная, что Лоренс - самый меткий стрелок, велел ему выпустить пару снарядов. Ни один из них не мог сбить вражескую ракету с такого расстояния, но они приблизились бы к мчавшейся над полюсом армаде, и их датчики могли выдать ценную информацию. Эти сведения помогли бы Дойлю, второму стрелку, более тщательно рассчитать свои удары.

Друмонд - третий номер звена - не имел права выпускать снаряды, если Лоренс и Дойль не промахнутся. Такой же порядок был установлен в остальных звеньях; сам Киннисон мог действовать только по приказу координатора командиры приберегали свои огневые средства на случай непредвиденных осложнений.

– Цель два - зона девять, - произнес сухой голос координатора.

– Цель два, - повторил Тед.
– Карни - первый. Френч - второй, Доу третий.

– Черт, промазал!
– огорченно простонал Дойль.

– Ничего, снарядов у нас хватит, - в янтарных глазах Киннисона была твердая решимость, - Мы ее возьмем!

Огненная точка цели номер один вспыхнула и погасла. Друмонд довольно кивнул головой и, нажав несколько клавиш на пульте, перезарядил свои орудия.

– Цель три - зона восемь, четыре - восемь, - сообщил координатор.

– Цель три - Хиггинс, Грин, Харпер. Цель четыре - Каэйс, Лопес, Сантос.

Через несколько минут ситуация стала поспокойнее; огоньки второй, третьей и четвертой целей погасли, и операторы слегка расслабились.

– Цель сорок один, - прозвучал голос координатора.

– Первое звено, готовность!
– приказал Киннисон.
– Лоренс, Дойль, Друмонд!

– Тед!
– внезапно крикнул Лоренс.
– Я промазал! Похоже, в этой жестянке - пилот! Дойль, следи за ней! Следи!

– Киннисон, займись им, - голос координатора прозвучал резко и отрывисто; он не стал ждать выстрела Доила.
– Он уже в третьей зоне и держит курс прямо на нас!

– Принято!

Получив данные, Киннисон рассчитал траектории своих торпед; одна, две, три - остальные пошли так кучно, что их нельзя было различить на экране радара.

Начальные подсчеты и выкладки производились компьютером, но все остальное зависело не от машины, а от человеческого мастерства, от тренированности нервов, мышц и скорости реакции. Глаза Киннисона перебегали со столбиков цифр на мониторе на экран радара; в то же время левой рукой он регулировал скорость торпед, а пальцы правой буквально плясали по клавиатуре.

– Первая прошла на волосок!
– воскликнул он.
– Теперь немного левее...

Ракета противника продолжала полет; она уже достигла второй зоны. Киннисону казалось, что первая же его торпеда поразит цель, но вражеский пилот успел сманеврировать в самый последний момент. Вторая торпеда скользнула чуть выше корабля противника; третья приблизилась еще больше, и радар показал слияние курсов. Тед, однако, не спешил радоваться удачному выстрелу - ошибка была весьма возможна. Вдруг яркая точка на мониторе слежения погасла. Взрыв вражеской ракеты наверняка уничтожил все живое на много миль вокруг, но какая бы не таилась в ней начинка, больше опасности не было.

– Сорок первая уничтожена!
– отрапортовал он координатору, и снова взялся за руководство своим экипажем.

Сражение продолжалось. Раз за разом его техники выпускали торпеды, да и сам Тед еще трижды вступал в бой. Первая волна атаки - вернее, то, что от нее осталось, - прошла сквозь них, чтобы найти гибель от торпед четвертой и следующих линий. Начался второй заход: безумная схватка ярилась, торпеды пронизывали воздух, взрывы сотрясали землю, точки целей то возникали, то гасли на экранах. Оборона устояла.