Шрифт:
Девушка потрясла его своей неземной красотой. Оборотень и подземный грот, князь Владимир и Виста, события и образы последних дней быстро отступили куда-то на задворки мыслей. Осталась только нечеловеческая красота незнакомки. Вот ведь оно, счастье — видеть ее, находиться рядом, дышать тем же воздухом! Вот она, истинная любовь. А он, глупец, полагал, что любит Висту, как же он был слеп! Но теперь он прозрел, ибо вот оно, вот существо, единственное в целом мире, достойное Любви! Вот за кого он бы мог отдать всю свою жизнь без остатка и без сожаления.
Лицо незнакомки приблизилось к нему, ее руки коснулись его тела, и Мстислав будто вспыхнул изнутри. Его охватила дрожь и предвкушение невероятного счастья, какое должно было сейчас произойти. Он мягко обнял девушку, боясь помять ее нежное тело своими жесткими, мозолистыми руками. Когда их губы сомкнулись, волна неземного наслаждения ударила в голову, перехватив дыхание, и его сердце замерло в ожидании чуда.
А затем мир будто обрушился на него, неимоверной тяжестью сдавив грудь. Он попытался вздохнуть, но не смог, и его грудь взорвалась, погасив сознание…
Виста выметнулась из воды, бормоча боевое заклинание, и сразу приметила цель — огромную черную змею, плотно обвившую витязя. Молния вырвалась из рук, но в последний момент, испугавшись зацепить Мстислава, она отвела ее чуть в сторону, и огромный валун лопнул, разбрызгивая осколки.
Они уставились друг на друга, гигантская змея и девушка, может быть и, не видя в темноте друг друга, но чуя, ощущая своего врага всеми прочими чувствами, и счет дальше пошел на мгновения. Мгновение — смертоносные кольца разжались, выронив бесчувственное тело. Еще мгновение — змея сжалась в пружину, готовясь к броску. Еще миг и в воздухе сшиблись две молнии — ослепительно-белая и черная.
А затем на землю рухнуло два тела, обугленное змеиное и человеческое, дрожащее от слабости.
Разбитое тело едва слушалось и Мстислав с большим трудом разлепил непослушные веки, увидел склонившуюся Висту.
— Где мы? — он был настолько слаб, что не услышал собственного голоса. Но Виста, однако, услышала.
— Там же, где и раньше, в подземелье.
— А почему свет?
— Это я зажгла, — терпеливо объяснила девушка, — чтобы осмотреть тебя. Должна сказать, что тебе опять повезло. Откуда вы богатыри такие здоровые беретесь?..
— Что со мной было? — Мстислав помнил лишь, как тонул в море блаженства, и как резко все оборвалось.
— А где… э-э… — он запнулся, вспомнив, что не успел узнать имени прекрасной незнакомки.
Виста прекрасно его поняла.
— Змея подколодная? Да вон она, — Виста махнула рукой себе за спину.
Мстислав напрягся, заставил истерзанное тело приподняться, надеясь увидеть девушку живой и невредимой, но увидел только обугленные кольца гигантской змеи.
— Что это? Местное чудище? Ты сама справилась с ним? Но где же она, с ней что-нибудь случилось? — он недоуменно посмотрел на Висту.
Виста злорадно усмехнулась и посмотрела на витязя столь выразительно, что он понял — случилось страшное.
— Эта тварь напала на нас, да? Я ничего не помню… Мы сидели здесь, потом мы обнялись…
— Да, я заметила. Причем ее объятия были настолько крепки, что не подоспей я вовремя, ты бы уже задохнулся. Впрочем, любой нормальный человек на твоем месте уже давно бы задохнулся, и не один раз…
— О чем ты говоришь, я не понимаю! Где она, та девушка?
— Сдохла! — резко бросила Виста.
Мстислав помолчал немного.
— Но почему в твоем голосе столько ненависти к ней? — тихо спросил витязь. — Мне даже кажется, что ты радуешься ее смерти.
— Еще бы, — усмехнулась Виста. — Уверена, что, и ты скоро обрадуешься!
— Что?! Не надо так говорить, Виста, прошу тебя! Покажи мне тело, я хочу увидеть ее!
— Ты ее уже видел, — жестко ответила Виста.
Непонимающий взгляд Мстислава разбился, налетев на окаменевшее лицо Висты. Страшная правда о прекрасной незнакомке, наконец, достучалась до него, и он перевел взгляд на останки змеи. Как же он был слеп! Злобная ламия едва не выпила из него кровь!
— Да, я все понял, Виста, — тихо сказал витязь, обхватив голову руками. — Прости меня, пожалуйста.
— Да ладно, чего уж там. Это тварь даже мне поначалу отвела глаза. А ведь мне следовало сразу догадаться, едва мы вылезли из воды… Ведь мерзла я не из-за ледяной воды, а из-за нее. Так что мы оба с тобой хороши.
И она дружелюбно улыбнулась витязю.
Глава шестнадцатая
Когда они выбрались из подземелья, постоялый двор «Одинокий волк» уже прекратил свое существование. Вместо него их встретило огромное, еще дымящееся пепелище. Последние языки пламени жадно шныряли среди обугленных балок, выискивая остатки вкусной древесины, и ничего не найдя, разочарованно таяли, уходя в дым.