Шрифт:
Отцу при мне стрелой навылет грудь пробило;
Детей же мать его, как помнишь, истребила.
Иодай
Я больше не скажу ни слова до того,
Как солнце совершит треть круга своего
И в третий утра час {40} начнется служба снова.
Тогда опять явись в обитель всеблагого,
И ты поймешь, узрев, как милостив он к нам,
Что никогда не лжет господь своим сынам.
Ступай же! К торжеству готовить храм пора нам:
Уж кровлю золотит заря лучом багряным.
Авенир
Неясно мне, что нас за милость нынче ждет,
Но вижу я: к тебе Иосавеф идет.
Прощай! Я вскорости вернусь с толпой густою,
Спешащею сюда на празднество святое.
ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
Иодай, Иосавеф.
Иодай
Час пробил. Время нам возвысить голос свой.
Пора назвать того, кто здесь сокрыт тобой.
Молчанье господа дает предлог удобный
Хулителям его твердить в гордыне злобной,
Что обещаньями лишь обманул он всех.
Но мало этого: их окрылил успех,
И мачеха твоя {41} преступно возмечтала
Заставить жечь и нас куренья в честь Ваала.
Так явим же царя, который в храме сем,
Тобой спасенный, рос под божиим крылом.
В нем живо мужество царей его народа,
А разум далеко опережает годы.
Сначала отрока творцу я посвящу
И жребий будущий ему предвозвещу,
А уж затем его провозгласят открыто
Наследником царей священство и левиты.
Иосaвеф
Он знает, кем рожден и как его зовут?
Иодай
Нет. Мнит Элиаким {42} - так он зовется тут
Себя подкидышем и верит, что с рожденья
Отца я заменил ему из сожаленья.
Иосавеф
Увы! Ужель спасен он мною для того,
Чтоб через восемь лет настигла смерть его?
Иодай
Как! Ты в словах творца дерзаешь сомневаться?
Иосавеф
Привыкла я тебе во всем повиноваться.
С тех пор как от убийц младенец утаен,
На попечение твое был отдан он,
И я, хотя его люблю, как мать родная,
С ним видеться себе нередко возбраняю,
Дабы случайное волненье, иль слеза
На тайну не могла открыть ему глаза.
Три ночи и три дня в тревоге неизбывной
Я богу за дитя молилась непрерывно
И все-таки спрошу: кто с нами в этот час?
Поднимет Авенир иль нет свой меч за нас?
Поклялся ли тебе он, воин знаменитый,
Законному царю надежной быть защитой?
Иодай
Чист Авенир душой, и вера в нем крепка,
Но что у нас есть царь - не знает он пока.
Иосавеф
Кто ж Иоасу друг? С кем снищет он победу?
Не вверился ли ты Амону иль Оведу?
Обоих мой отец вознес в былые дни.
Иодай
Нет, Гофолиею развращены они.
Иосавеф
Кому ж тягаться с ней тогда в бою открытом?
Иодай
Ты слышала уже: священству и левитам.
Иосавеф
Я знаю, божьих слуг тайком созвал ты в храм
И против прежнего их вдвое больше там.
На Гофолию все они восстать готовы,
И преданы тебе и твердо дали слово
Признать царя, что ты явить им посулил.
Но как бы ни кипел в них благородный пыл,
Сумеют ли они без помощи сторонней
Царя оборонить и утвердить на троне?
Едва известие царице принесут,
Что Охозии сын нашел у нас приют,
Своих наемников на храм тиранка двинет
И силою в него ворваться не преминет.
Как сладить с ними тем, кому в новинку бой,
Кто, руки воздевать привыкнув лишь с мольбой,
Не кровью недругов их обагрял в сраженьях,
Но - агниц и телиц на жертвоприношеньях?
Вдруг Иоасу в грудь кощунственный клинок...
Иодай
Но разве от врагов не защитит нас бог,
Который сироту в беде не оставляет
И через слабого нам мощь свою являет;
Который обещал, воззрясь на Изреель, {43}
Ахава поразить и с ним Иезавель;
Которым за грехи наказаны ужасно
И зять их Иорам, и сын его злосчастный;
Бог, длань которого, хоть не спешит она,