Он извлек рацию и принялся вызывать начальство. Остальные ждали решения капитана.

— В конце концов, им нужно было сопровождение? Как с ними связаться? Прием!

Рация шипела. Капитан выслушал ответ и сквозь зубы бросил:

— Есть!

— Хорошо, сделаем, Семен Макарович... Сделаем. Уже выезжаем, — Лепетченко махнул своим парням, и те забились в «уазик» с синей полосой на борту. — Сташ велел поторопиться… Давайте, быстро! Быстро!

Проследив за их отъездом из окна своего «Ландкрузера», Андрей покосился на Серегу:

— Трогай. Но не мечись, соблюдай дистанцию.

— Понял, — буркнул парень, хотя на самом деле не понимал ничего во всех этих Андреевских передвижениях.

Джип неторопливо последовал вслед за милицейской автоколонной.

Гроссман с вопросом в глазах оглянулся на Сашу:

— Опа! Гаишник! Какие предложения?

У Ренаты закололо в груди. Только проверок им сейчас и не хватало...

— У нас есть выбор? — переспросил Саша, щелкнув затвором в кармане куртки.

Постовой попросил их выйти. Рената покачнулась, удержалась за дверцу и со стоном бросилась к обочине. Гаишник удивленно проследил за нею, но, когда она согнулась над травой, понял, в чем дело.

— У меня приказ подзадержать вашу машину до выяснения обстоятельств...

Саша слегка напрягся. Николай следил, не сунет ли он руку в карман. Однако телохранитель не спешил.

Постовой ушел в свою будку и вскоре появился опять:

— Это таблетки. Говорят, от морской болезни помогают, — парень кивнул на обессилевшую Ренату. — Имбирь. Вы ей дайте, может, полегче станет? Я часто проезжающим выдаю…

Гроссман не поверил ушам. Впрочем, и среди гаишников, наверное, встречаются чудаки. Хотя, скорей всего, жена просто понравилась этому парню. На нее частенько «западают» первые встречные, потому — не удивительно.

Саша оперся о капот, закурил. Насвистывая песенку, Николай стал прогуливаться взад-вперед напротив будки постового. Рената проглотила таблетку и легла на заднем сидении джипа.

Минут через десять к посту подъехало два милицейских микроавтобуса и три мотоцикла. Из головной машины вышел человек средних лет. Лоб его избороздила гармошка морщин. Саша и Николай заметили четыре звездочки, светящиеся на его погонах.

— Отряд специального назначения прибыл, Андрей Константинович, — сказал капитан, обращаясь к Саше. — Ждем распоряжений.

Телохранитель удивился и уточнил:

— Андрей Константинович?

Капитан сверился со своими записями, на всякий случай взглянул на номера джипа:

— Ну да, все верно... — минутное сомнение покинуло его. — Возвращайтесь в машину. Мы следуем за вами как прикрытие... — и без дальнейших объяснений он пошел к своему микроавтобусу.

В сопровождении милицейского эскорта грязный, побитый джип со своими измотанными пассажирами продолжил путь. Со стороны это выглядело до комичности нелепо.

— Кому это ты представился Андреем... как его?.. — спросил Гроссман.

— В том-то и дело, что никому... — пробормотал телохранитель, тщетно разыскивая ответ на тот же вопрос, и отвел руку, чтобы Рената смогла на него опереться.

Ее сердце металось, как маленький зверек в осыпавшейся норке. А она ведь уже думала, что способность переживать и бояться умерла в ней навсегда…

— Спутали с кем-то, поди? — предположил Николай.

— Сомневаюсь... — Саша поджал губы, помолчал и добавил: — И мне это не нравится...

— Мистика, ага! — хохотнул Ник; проникнувшись прелестью происходящей «комедии положений и ситуаций» (пусть непонятной и, возможно, опасной для них), он включил магнитофон и подпел Алене Апиной: — «Самоубийца, ну что же ты де-е-елаешь?»

— Гроссман, не надо петь! — попросила Рената. — Меня только-только перестало тошнить…

— «Он не достоин этого счастья! — продолжал тот, радуясь возможности через очередную «хохму» поддеть бывшую жену. — Только с тобой в обращении смелый он и упивается своей властью!..»

Девушка простонала и зарылась головой под куртку к Саше.

Темнота сменилась светом: они въехали в тоннель под железнодорожным мостом.

Внезапно две машины впереди «Чероки» притормозили и объехали какое-то препятствие. Николай не сразу увидел, в чем дело: обзор дороги закрывал грузовик. Но, следуя примеру водителей передних машин, Гроссман тоже повел «Чероки» в объезд затора.