Но час пробил, и настал Один Из Тех Дней. Весенним утром, испорченным в очередной раз беспробудным ночным пьянством, Стенсил пришел в церковь отца Фэринга и узнал, что того переводят.

— В Америку. Ничего не могу поделать. — Снова улыбка коллеги-профессионала.

Мог ли Стенсил усмехнуться: "Мол, воля Божья." Маловероятно. Его случай был не дошел еще до такой стадии. Воля церкви, вне всяких сомнений, а Фэринг был из тех, кто преклоняется перед Властью. В конце концов, он тоже англичанин. Так что они в некотором смысле — товарищи по изгнанию.

— Едва ли, — улыбнулся священник, — В делах Цезаря и Бога иезуиту не требуется быть таким гибким, как вы думаете. Нет конфликта интересов.

— Такого, как между Цезарем и Фэрингом? Или Цезарем и Стенсилом?

— Что-то вроде того.

— Тогда sahha. Я полагаю, что ваш преемник…

— Отец Аваланш моложе. Не прививайте ему плохих привычек.

— Понимаю.

Демивольт поехал в Хамрун на встречу с завербованными мельниками. Они были напуганы. Может, Фэринг тоже боялся и потому уезжал? Стенсил поужинал у себя. Не успел он сделать и пары затяжек, как послышался робкий стук в дверь.

— О, заходите, заходите.

Девушка, очевидно беременная, стояла и смотрела на него.

— Ну? Вы говорите по-английски?

— Да. Я — Карла Майстраль. — Она так и стояла, лопатками и ягодицами касаясь двери.

— Его убьют или изувечат, — сказала она. — В войну женщина должна быть готова потерять мужа. Но сейчас мирное время.

Она хочет, чтобы его уволили. Уволить? Почему бы и нет? Двойные агенты опасны. Но теперь, оставшись без священника… Она едва ли знает о Манганезе.

— Не могли бы вы помочь, синьор? Поговорите с ним.

— Как вы узнали? Ведь он вам не говорил.

— Рабочие знают, что среди них есть шпион. Это стало любимой темой всех жен. Кто? Разумеется холостяк, говорят они. Человек с женой и детьми не решился бы. — Глаза сухие, голос ровный.

— Бога ради, — раздраженно сказал Стенсил, — сядьте.

Сидя: — Жена знает все, особенно если скоро станет матерью. — Она прервалась и, улыбнувшись, показала глазами на свой живот; Стенсил почувствовал отвращение. Неприязнь к ней усиливалась. — Я знаю, у Майстраля что-то не ладно. Я слышала, английские дамы, когда им до родов остается пара месяцев, сидят дома. А здесь женщина работает по дому и выходит на улицу, пока может передвигаться.

— И вы вышли на улицу, чтобы найти меня.

— Мне сказал священник.

Фэринг. Кто на кого работает? Цезарю не оставили шансов. Он попытался быть участливым. — Неужели это вас так беспокоит? Настолько, что вы все выложили на исповеди?

— Раньше он ночевал дома. Это будет наш первый ребенок, а первый ребенок — самый важный. Это и его ребенок. Но теперь мы почти не разговариваем. Он приходит поздно, и я притворяюсь, что сплю.

— Но ребенка нужно кормить, одевать, заботиться о нем больше, чем о взрослом. А на это нужны деньги.

Она рассердилась. — У сварщика Маратта семь детей. Он зарабатывает меньше Фаусто. Никто из них не остался без пищи, одежды или крова. Нам не нужны ваши деньги.

Господи, да она чего доброго взорвет завод. Сказать ей, что даже если он уволит ее мужа, останется Вероника Манганезе, у которой он будет проводит вечера? Выход один — поговорить со священником. — Я обещаю, — сказал он, сделать все, что в моих силах. Но Ситуация сложнее, чем вы полагаете.

— Мой отец… — странно: он до сих пор не заметил, что ее голос дрожит на грани истерики, — когда мне было пять лет, тоже стал реже появляться дома. Я так и не узнала почему. Но это погубило мать. Я не стану ждать такого конца.

Пугает самоубийством? — А вы говорили с мужем?

— Это не дело жены.

Улыбаясь: — И вы решили поговорить с его работодателем. Хорошо, синьора, я попробую. Но ничего не могу обещать. Мой работодатель — Англия, Король. — Это ее успокоило.

Когда она ушла, Стенсил завел горький диалог с самим собой. Кто перехватил дипломатическую инициативу? Видимо, музыку заказывали они — кем бы эти «они» ни были.

Ситуация всегда сильнее тебя, Сидней. Подобно Богу, она имеет собственную логику и сама оправдывает свое существование, и лучшее, что ты можешь сделать — владеть ею.

Я не консультант по семейным вопросам. И не священник.

Не исходи из того, что это — сознательный заговор против тебя. Кто знает, сколько тысяч случайностей — перемена погоды, наличие корабля, плохой урожай — привели этих людей со всеми их мечтами, тревогами на Мальту и сформировали из них это общество? Любая Ситуация формируется из случайностей, происходящих в сферах куда более низких, чем человеческие.

О, конечно, взять хотя бы Флоренцию! Случайная комбинация холодных воздушных потоков, подвижки пакового льда и гибель пары-другой пони — все это произвело на свет некоего Хью Годольфина — таким, каким мы его увидели. Лишь по чистой случайности ускользнул он от частной логики ледяного мира.