– Каким образом? – озадачился Стас.

– Терсис как система сформировалась около двадцати лет назад. В конце девяностых в России вспыхнула война…

– Чечня решила стать самостоятельным государством, но начала с захвата Ингушетии, и федеральным силам пришлось отстаивать конституционные законы, иначе Россия развалилась бы на мелкие лоскуты. Но ведь потом с сепаратистами и кавказскими террористами мы справились.

– Это у вас справились, – бледно улыбнулась Амалия Даниловна. – В вашем виртуале. В мейнстриме, к сожалению, произошло усиление террористической идеологии. В начале века терроризм пошёл гулять и по другим странам, по Европе, по Америке, добрался даже до Австралии. Так что у нас идёт настоящая война.

Стас покачал головой.

– Я политикой не увлекался, но точно знаю, что корни терроризма выросли не в России, а на Ближнем Востоке и в той же Америке. В начале века Чечня успокоилась…

– Повторяю, это в вашей реальности она успокоилась! В мейнстриме всё было иначе. В две тысячи девятом году новый президент России урезал федеральные финансовые поступления в республику, и началась Третья Кавказская Революция. Нам с большим трудом удалось её нейтрализовать. Но не удалось пресечь расползание терроризма по Земле. Сегодня мы имеем проблему, с которой очень трудно бороться. Наших сил не хватает, а высший контролирующий орган почему-то не вмешивается.

– Метакон? – спросил Стас наивно.

– Почему Метакон? Дело ещё не дошло до полного «размыва» цивилизации. Я имею в виду СТАБС. Мы считаем, что именно он виноват в создавшемся положении, а точнее – лично фундатор. Глава СТАБСа решает какие-то свои личные задачи, пустив дела в Регулюме на самотёк.

– Откуда вы знаете?

– Равновесие для того и существует, чтобы знать всё о Регулюме и отводить от него все беды.

– Если вы такие мудрые, почему не объединитесь с Равновесием-А? Наверняка смогли бы взять ситуацию под контроль.

Губы Амалии Даниловны побелели от усилий сдержаться. Она помолчала, проглатывая какие-то резкие слова, улыбнулась через силу.

– Удивительно, что вы так много знаете о наших Равновесиях. Такие знания не характерны для обыкновенного абсолютника. И всё же я отвечу: мы работаем. Мы работаем в этом направлении и когда-нибудь придём к консенсусу. Но сегодня мы разъединены и решаем проблемы разными путями. Кстати, «коз…»… э-э, равновесники РА получили приказ ликвидировать вас в отличие от наших намерений. Я закончу. Фундатор Имнихь мешает процессу стабилизации в Регулюме, что вполне может привести к появлению в реальности другой силы – Метакона. А он запросто может запустить матричный коммандер, чтобы не допустить прорыва агрессии в систему регулюмов.

– В Галактику, – машинально сказал Стас. – Что такое матричный коммандер?

– Вам не дали эту информацию? Кстати, кто вам помог прорваться из виртуала в мейнстрим-реальность?

– Комба С… – начал Стас, размышляя над словами маршалессы.

– Комба СТАБСа, – поняла она по-своему. – Я так и знала. Значит, даже комиссары СТАБСа понимают, что их генеральный изжил себя.

– Что такое матричный коммандер?

– Особая программа, способная внедряться в материальную ткань любого Регулюма и нейтрализовать генетическую программу его развития. По сути это означает сброс цивилизации и самого Регулюма в хаос.

Над столом маршалессы бесшумно вырос алый лучик, но она не стала отвлекаться на новое сообщение, только глянула мельком на экран.

– Фундатора надо убрать! У вас большие возможности, вам помогает комба СТАБСа, и…

– Что – и?

– У нас ваши девушки, – дёрнула уголком губ Амалия Даниловна, намечая улыбку. – Мы договоримся?

Стас хотел сказать, что она ошибается в оценке его возможностей, но заглянул ей в глаза и понял, что отрицательного ответа маршалесса не примет.

– Надеюсь, вы дадите мне время подумать?

Над столом маршалессы сверкнул ещё один красный лучик. Она покосилась на компьютер, поколебалась немного, потом дотронулась пальцем до клавиатуры селектора.

– Наталья Сайдуллаевна.

В кабинет вошла мужеподобная помощница.

– Проводите господина Панова в нашу гостиницу.

Он покачал головой, поднялся.

– Пока не увижу Дарью… и Дарью, ни о каком соглашении речь идти не может.

– Хорошо, вы поговорите с ними. – Амалия Даниловна посмотрела на помощницу. – Обеспечьте им контакт.

«Крокодил в юбке» отступила в сторону.

– Идёмте.

Стас направился к двери, оглянулся на пороге.

Маршалесса РК смотрела ему вслед, и ничего хорошего её взгляд не обещал.

В последний раз Оллер-Бат отдыхал больше трёх земных лет назад. Поэтому он удивился (в пределах той эмоциональной сферы, которая была ему доступна), когда получил от главного администратора СТАБСа уведомление, что ему предоставлен отпуск с «неограниченным ресурсом».