— Привет, папочка! — Как и ее старшая сестра, Лейла подбежала ко мне и запрыгнула на колени. Мне удалось передвинуть Рен и поймать Лейлу, прежде чем она успела ударить меня коленом в пах.

— Привет, крошка. Тебе было весело с мамой сегодня?

— Да. — Она взяла мое лицо в свои ладони и сжала мои щеки, пока мои губы не соприкоснулись.

Рен начала делать это, когда была маленькой, а теперь это делала и Лейла. Все еще держа мои щеки в своих ладонях, она потерлась носом о мой, туда-сюда, вверх-вниз.

Лейле было пять лет, и осенью она пойдет в первый класс. Казалось, с каждым днем она менялась, но эскимосские поцелуи (прим. ред.: Эскимосский поцелуй — форма приветствия у эскимосов, при которой один человек прижимает нос и верхнюю губу к коже другого, обычно ко лбу или щекам. При этом «целующий» как бы втягивает воздух, точнее, запах человека) были ее любимым занятием с двухлетнего возраста.

— Привет, малыш. — Ларк подошла и, протиснувшись между девочками, поцеловала меня.

— Привет, мамочка. Как прошел твой день?

— Занято, но весело. — Ларк любила проводить летние каникулы с девочками. Она каждый день устраивала веселые мероприятия, желая провести время с нашими дочерьми, прежде чем они начнут заниматься своими делами.

Этим утром они отправились в библиотеку, прежде чем пообедать в доме ее мамы. Затем — на уроки плавания, прежде чем отправиться в центр города.

Мы немного поболтали, прежде чем встретиться с Керриган, Пирсом и их детьми за ужином в пивоварне.

Жизнь была насыщенной, но совсем не такой, как в Калифорнии. Она была лучше.

Мы с Ларк поженились летом на тихой церемонии у нас на заднем дворе. Она не хотела шумихи, и, в общем, у меня уже была пышная свадьба. Единственное, что имело для меня значение, — это то, что она станет моей женой.

Вскоре после этого я удочерил Рен, а через несколько месяцев Ларк забеременела Лейлой.

— Ну что? Как прошел первый день? — Ларк стащила мое пиво с дальнего столика, быстро обняла Гертруду, прежде чем взглянуть на Эмбер. Затем она опустилась на другой стул.

— Хорошо. — Эмбер улыбнулась. — Действительно хорошо.

— Она скоро будет бегать вокруг меня кругами, — сказал я.

У нас было несколько напряженных лет в «Тэтчер Ло». Эмбер окончила юридическую школу в самое неподходящее время. Мы с Гертрудой изо всех сил старались не отставать и с нетерпением ждали помощи.

Рано или поздно мне придется найти офис побольше. Эмбер пока пользовалась конференц-залом, но ей нужно было что-то постоянное. Возможно, мне даже понадобится помещение для еще одного адвоката.

Когда в прошлом месяце мои родители и Ноа приезжали навестить нас, мой брат намекнул, что ему начинает надоедать Калифорния. Если Ноа хотел что-то изменить в своей жизни, это было подходящее место.

Никто из нас больше ничего не слышал о Бобби после того дня, когда он уехал на папином «Корвете». И мой отец, как и ожидалось, только взглянул на Рен и сказал мне, что гордится тем, что я сделал правильный выбор.

— Девочки, хотите сока? — спросила Гертруда, уже вставая со стула.

Рен и Лейла соскочили с моих коленей и побежали за Герти в комнату отдыха. Без сомнения, она даст им и печенье.

— Не хочешь прийти завтра на ужин? — просила Ларк Эмбер.

— Конечно. Мне нужно что-то принести?

— Только себя.

Цветы. Эмбер принесет цветы.

Она всегда приносила цветы Ларк, когда приходила в гости. Даже в самом начале, будучи бедной первокурсницей колледжа, она приходила ко мне домой со старым рюкзаком в одной руке и букетом гвоздик из продуктового магазина в другой.

Эмбер восхищалась мной.

Но она любила Ларк.

На первом курсе колледжа она приехала домой на Рождество и осталась с нами на каникулы. Однажды ранним утром мы вдвоем сидели за чашкой кофе, пока все в доме спали. Мы говорили о ее братьях. Мы говорили об учебе. И она рассказала мне, что вставила в рамку сочинение, которое написала на уроке у Ларк. То сочинение на тройку с плюсом висело на стене в ее квартире.

Ларк благодарила меня за спасение Эмбер.

А Эмбер благодарила Ларк.

Эта тройка с плюсом спасла ей жизнь. Эта тройка с плюсом дала ей будущее. И ее братьям тоже.

За годы, прошедшие после судебного процесса, мы многое узнали о прошлом Эмбер. Эшли Скотт с самого начала была никудышной матерью. В то время Эмбер не понимала, что к чему. Мне нравилось думать, что Ларк показала ей, как должна вести себя настоящая мать.

Эмбер не знала, кто был ее отцом. Эшли не упоминала его имени. Но Эмбер помнила мужчину, который был отцом близнецов. По словам Эмбер, он был неудачником, и в ту минуту, когда Эшли сказала ему, что беременна, он их всех бросил.