Рик соскользнул с табурета и понес виски в гостиную, где подошел к изящному черному пианино в углу. Несмотря на меланхолические чувства, которые всегда вызывала в нем игра, он никогда не терял привязанности к своему любимому роялю. Он копил на него шесть долгих лет, еще до того, как приобрел свое состояние. Чувство удовлетворения от того, что он наконец-то заработал достаточно денег, чтобы купить этот прекрасный инструмент, заставило его еще больше дорожить им. Теперь он мог купить пианино вдвое дороже, но оно не значило бы и половины того, что он имел.

Сев за пианино, Рик поставил виски на подставку, уже стоявшую на блестящей черной крышке. Его пальцы начали автоматически играть.

"Дом восходящего солнца"[2].

Закрыв глаза, он погрузился в себя и стал вместилищем, через которое текла музыка. Невозможно было не улыбнуться под натиском хорошо сыгранной фортепианной музыки. Именно это ощущение мира и покоя, которое он испытывал, касаясь клавиш, впервые привлекло его в музыкальную индустрию. В жизни так много страданий, поэтому если он и собирался посвятить свою жизнь чему-то, то только этому - созданию красоты кончиками пальцев.

Неудачная нота.

Он в ужасе отнял обе руки от клавиш. Непрошеный до-мажор был безошибочен. Его уши не лгали.

В дверь снова позвонили.

Он вздохнул.

В конце концов, он не сыграл ни одной неудачной ноты - кто-то нажал на дверной звонок в самый разгар его игры.

Он с ворчанием вскочил на ноги. К нему не часто приходили без предупреждения, благодаря внушительным железным воротам, которые стояли в конце его длинной гравийной дорожки. Он не имел ни малейшего представления о том, кто именно сейчас к нему пожаловал.

Загорелась панель безопасности в прихожей, и включилось видеонаблюдение, контролируемое системой CCTV. На жидкокристаллическом мониторе было видно, что на улице стоит мужчина, одетый в костюм и галстук, несмотря на плюсовую погоду.

Рик включил интерком и заговорил в микрофон.

– Кто это?

Костюмированный джентльмен заметил камеру видеонаблюдения и помахал рукой.

– Разве вы не узнаете своего собственного брата? Должно быть, эта крошечная частичка славы вскружила тебе голову.

Рик застонал.

– Давно не виделись, Кит. Заходи.

Какого черта его брат здесь делал?

Он нажал на задвижку, затем пошел и отпер входную дверь. Он подождал на ступеньке, пока бордовый "Рэндж Ровер" с грохотом въезжал на галечную дорожку. Они с Китом уже давно не виделись, так что этот неожиданный визит был довольно... внезапным.

"Рэндж Ровер" остановился рядом с импортным "Мустангом" Рика, перед отдельным двойным гаражом, где Кит заглушил двигатель и вышел из машины. Он выглядел самодовольным и гордым без всякой причины, но это было для него обычным делом.

– Привет, брат, - сказал он.

– Отличный движок, - сказал Рик.
– Я помню, ты всегда хотел "Рэндж".

– Лучшее, что когда-либо производила Англия. Купил ее в прошлом году после особенно прибыльного месяца, - oн любовно похлопал по капоту, затем показал большой палец на небесно-голубой "Мустанг" Рика 2009 года.
– Не понимаю, как ты можешь водить эту иностранную мерзость.

– В то время это казалось хорошей покупкой.

По правде говоря, Рик никогда не был фанатиком автомобилей и приобрел американский импорт только потому, что он казался чем-то, что делают богатые люди. За ту сумму, которую он на нем ездил, это была пустая трата денег, но на него было приятно смотреть, а на шоссе он ревел, как дракон.

Кит не стал ждать, пока его пригласят. Он шагнул через дверь в прихожую, где с любопытством огляделся.

– Дом великоват для тебя, не так ли?

Рик оглядел свои владения и задумался о том, что это правда. Эдвардианский особняк с грубыми каменными полами и гнутыми балками из красного дерева был, пожалуй, великоват для одинокого, по сути, безработного мужчины, но это было единственное, что напоминало ему о том успехе, который он когда-то имел. Победа или поражение, но он заработал достаточно денег, чтобы жить в таком огромном доме. Он пожал плечами.

– Мне здесь нравится. Через некоторое время он не чувствуется таким большим.

Кит кивнул, но ничего не сказал.

Они оба прошли в гостиную, которая была современной по сравнению с остальной частью нижнего этажа, которая все еще сохраняла свое эдвардианское очарование. Они неловко обнялись.

– Рад тебя видеть, Кит. Присаживайся, я принесу тебе выпить.

– Мне не надо, спасибо. Мы с Марси не очень-то притрагиваемся к алкоголю в последнее время.

– Правда? Вы оба молодцы.