— Не может быть… — пробормотал стражник. — Ваше Императорское Величество…

Поняв суть, гвардейцы опустили оружие и встали по стойке «смирно».

— Простите! Не признали! — отчеканил второй стражник.

— Не напрягайтесь, я здесь ненадолго. Так, решил в гости зайти, — ответил я и пошел себе дальше.

Руки в карманах. Насвистываю мелодию, которая въелась мне в память ещё в первой жизни.

Спокойно захожу в здание. Все гвардейцы пропускают меня. Видимо, встреченная в саду парочка предупредила остальных по рации.

Кабинет хозяина имения располагался на втором этаже. Я постучался и вошёл.

— Я же сказал, что занят! — рявкнул Константин Тимофеевич Ямалов. — Обещал же, что следующий, кто меня побеспокоит, будет наказан!

— Давай, наказывай, — спокойно ответил я.

Только услышав мой голос, Константин Тимофеевич поднял взгляд от разложенных на столе бумаг.

— Да что ж… — он запнулся на полуслове. — Ваше Императорское Величество, не ожидал вас увидеть!

Ямалов поднялся со своего места и поклонился мне.

— Я дал тебе три дня для решения вопроса, вот и пришёл посмотреть, как ты справляешься со своими судебными обязательствами. Или ты думаешь, что если я был судьёй, то я только говорить и умею? Есть у меня такая привычка — доводить все свои дела до конца.

Услышав это, Константин Тимофеевич сглотнул.

— Ваше Императорское Величество, мы уже подготовили компенсацию для рода Гавриловых, — залепетал Ямалов. — Бухгалтерия сейчас как раз считает, сколько мы должны. Всё будет выплачено в указанные сроки. Пленных людей Гавриловых мы тоже освободили. Всё честно, — поднял он руки в примирительном жесте.

— Хорошо. Будем считать, что я проверил всё, что хотел.

Константин Тимофеевич с облегчением выдохнул.

— Пойду. Но скоро ещё к тебе загляну, — сказал я напоследок.

— Не надо, — выпучил глаза Константин Тимофеевич.

— Зайду, — слегка улыбнулся я.

Реакция аристократов на подобные визиты меня всегда забавляла.

Попрощавшись с Ямаловым, я вновь открыл портал. И вернулся в свой кабинет. Благо Алина пошла на шопинг и ещё не успела вернуться. Ей тоже нужно периодически отдыхать.

Вообще, с Ямаловым и Гавриловым вышла крайне неприятная ситуация.

Константин Тимофеевич Ямалов сам пришел ко мне с утверждением, что Гавриловы начали войну, просто чтобы захватить их земли.

Но он забыл упомянуть, что между ним и Гавриловым был заключен договор об обучении гвардейцев. В имении Ямаловых имелся огромный плац и мощные техномагические тренажёры нового поколения. Вообще род Ямаловых специализировался на военном ремесле, поэтому армия у них всегда была хорошо натаскана.

Люди Гавриловых прибыли к Ямаловым согласно договору. Их разместили в казарме возле полигона. После чего вечером начались гуляния. Люди Ямаловых опоили солдат сонным зельем. Связали их и поместили в темницу.

Ямалов не только ослабил противника, но и сам ждал, что он нападёт. Что Гаврилов и сделал, поскольку не стал терпеть подобную выходку своего соседа. Он хотел вызволить своих людей. Но это дало Ямалову повод сказать, что Гавриловы начали первыми, и Константин Тимофеевич тут вообще ни при чем!

То, что сделал Ямалов — недостойный поступок для аристократов. Подлый. Он ослабил Гавриловых, чтобы заведомо выиграть в этой войне.

Однако Ямалов плохо оценил вооружение врага. И сам понёс потери. А потому решил ускорить свою победу и подал прошение рассмотреть это дело на имперском суде. Он был уверен, что Гаврилов не успеет явиться и никто не узнает о похищенных людях.

В итоге в день суда мы долго разбирались с этой ситуацией, пока не всплыли все факты. Слишком много моего времени забрали эти аристократы, чтобы на финальном этапе что-то пошло не так. А потому я решил лично проверить, чем занят Константин Тимофеевич.

Да, я мог спокойно наказать Ямалова более жестоко. То, как он поступил, было очень недостойно не только для аристократа, но и для человека.

Но я поговорил с потерпевшим — Гавриловым, и мы вместе решили дать Константину Тимофеевичу шанс.

Во-первых, Гавриловы потеряли много своих людей во время войны из-за преимущества, которое организовал себе Ямалов. Хотя длилось это противостояние всего неделю.

Гаврилов обозначил, что не сможет вернуться к прежнему положению без восстановления своих земель. Там располагались многочисленные фермы и предприятия, уничтоженные Ямаловым. Не говоря уже о разрушенных деревнях.