— Нате, ваше величество, — вручил я ему вкусняшку.

— Спасибо, ваше величество, — поблагодарил он.

— Далеко отсюда дворец?

— Тяжело сказать. Вроде недалеко уже… В той стороне. Вон его шпили.

— Хорошо, — кивнул я и пошёл в другую сторону. — Жан эвакуировался из дворца. Сейчас его конвой едет в той стороне, на военно-морскую базу. Придётся чуть ускориться и срезать, чтобы перехватить их…

Я развернул мороженку и подошёл к краю обзорной площадки, на которой мы оказались.

— Под «срезать» что ты имел в виду? — с опаской посмотрел вниз Святослав.

— Спрыгнуть, конечно же.

— Так тут же метров пятьдесят… Вон там лестница.

— А вон едет его кортеж… Не успеем. Ну, ты догоняй, а я полетел.

Я поднялся на мраморный бортик и сиганул вниз.

А следом за мной полетел с мороженкой в руке перепуганный Святослав. Вокруг нас куча элементалей, так что поднять его потоками ветра и спустить — не проблема.

— Господи… Я чуть императорское величие не уронил в штаны! — признался Святослав и посмотрел вверх.

Там уже замаячили головы трёх его бойцов.

— Всё нормально, спускайтесь. Мы пока тут начнём! — помахал он им рукой, показывая, что жив и здоров.

Броневик перед нами и не думал останавливаться. Лишь набрал ход, увидев на своём пути угрозу.

— Бросил мне вызов? Замечательно…

Я сделал очередной укус и вытянул вперёд руку. Броневиков приручать я уже наловчился. Надо всего лишь вживить кусочек души в мёртвое железо и войти в резонанс с этим исчадием оборонной промышленности.

— Давай тормози, малыш, — сделав что надо, сказал я, и металлический зверь, скрытый под зелёной военной краской, заскрипел тормозами, сердито рыча двигателем.

Если тормозит первая машина конвоя, остальные повторяют за ней…

— Ваше величество! — обратился я к Святославу. — В третьей по счёту машине сидит наша цель. Как думаете, они попытаются нас убить сейчас?

— Однозначно…

— Тогда ты, морозко моё ненаглядное, подержи мороженку, — протянул я свою прелесть элементалю, а открытую быстро съел и облизал пальцы, пока впереди набирала обороты суматоха и разворачивались заковыристые плетения магических заклинаний.

— Всем баиньки!

Час спустя. Королевская резиденция в центре города.

Жан Ван Дейк начал приходить в себя. Сперва он услышал странные звуки, словно кто-то пытается выбить дверь. Ему захотелось открыть глаза и почесать лоб, но руки его не слушались.

Правитель напрягся и раскрыл глаза. Тут же сощурился от яркого света заходящего солнца. Слёзы выступили и размыли всё впереди. Жан проморгался, чтобы увидеть и понять, что происходит.

Он попытался закричать, когда увидел самодовольные улыбки Святослава и Сергея Багрова, что весело швыряли кинжалы в его королевский портрет.

— М-м-м-м! М-м-м-м! — пытался Жан позвать стражу, но… с кляпом во рту сделать это было слишком сложно.

— О, его мудрейшество проснулось… Любишь же ты поспать, соня… — подошёл к нему Багров и потрепал по щеке, отчего тело короля раскачалось.

Только сейчас Жан понял, что висит, туго связанный, на вбитом в потолок крюке.

«Город превращается в руины, а эти двое весело гогочут, обсуждая прелести королевской кухни?!»

«Магия!»

Король, что совершенно отвык самостоятельно пользоваться магией, попытался нащупать и — фиаско…

Он тужился, крутился, пытался хоть что-то сделать, но сдался, когда, скосив глаза вверх, увидел в отражении идеально вылизанной золотой люстры давящую на его голову «корону» антимагии.

Жан огляделся в поисках помощи, но никого из «своих» рядом не было. Зато в центре его приёмной стояло что-то огромное, накрытое здоровенной серой тканью.

— Господин, ваш латте макиато готов, — сообщил дворецкий, заталкивая в комнату передвижной серебряный столик, отполированный до блеска.

Это был дворецкий короля, но кофе он привёз не ему…

— Спасибо, Себастьян, — поблагодарил Багров. — Можешь попросить кухню сделать что-нибудь простое, быстрое, вкусное? Побольше калорий и вкуса. Пока я наводил тут порядок, к сожалению, потратил много сил и проголодался…

— Всенепременно, господин, — поклонился Себастьян и с пренебрежением посмотрел на Жана.

— Хочешь ему что-то сказать? — поинтересовался пленитель.

— Да… — Себастьян подошёл к Жану так близко, что связанному королю удалось увидеть своё жалкое тело в отражении глаз дворецкого. — Я увольняюсь, мерзкий ублюдок! Теперь у меня новый господин.