— Вы слишком много себе позволяете… милочка! — Ирис сощурила такие же аметистовые, как ее ожерелье, глаза. — Заклятье было создано с помощью любовных чар, я самолично его визировала — и вот ваш Избранник берет и переключает его на себя! Тогда как фигурантка не испытывает к нему ни малейших чувств, даже ненавидит! Вот это — точно не по правилам! Любовное заклятье — это любовное заклятье, пусть даже это больная любовь!

— Именно! Это была больная, извращенная любовь — и вы смеете ее отстаивать?!

— Ха! В отличие от всяких розовеньких пышечек, я не шарахаюсь от тех сторон моих обязанностей, которые мне лично, может быть, неприятны! Любовь, знаете ли, бывает всякой!

Губы Розы сами собой сжались в тонкую ниточку. Это она-то пышечка?! Она-то?! Да у нее ни грамма лишнего жира! Она же богиня — следит за этим, как-никак! А там, где жир есть, он не лишний — вот совсем! И будут тут всякие воблы сушеные…

К счастью, Роза сдержалась и не произнесла этого вслух — не попалась на провокацию. Когда пошли нападки на внешность оппонента, продуктивного обсуждения уж точно не будет.

— Вы забываетесь, — ледяным тоном сказала Роза. — Я вообще удивлена, как вам позволили играть в эти… любовные цепи! Это же нарушение свободы воли!

— Ха, а кто только что говорил — «что фигуранты смогли без помощи богов, то у них не отнять»? — передразнила Ирис. — Я не могла не одобрить достижение моего адепта! Оно — еще раз постараюсь до вас донести! — соответствовало правилам! И заметьте, мне даже не пришлось запрещать распространение этого приема, потому что ситуация абсолютно уникальная! Покажите мне еще одну эльфийку, которая добровольно принесет клятву верности человеку, да еще жрецу Любви!

— Думаете, с вас и взятки гладки? — фыркнула Роза. — Запрещено поощрять что-то, что убивает душу — а душа вашей эльфийки умирала… А, кстати, не вашей! Она ведь из мира Темного Леса, а не из вашего. Что, интересно, скажет богиня Любви оттуда?

— Не умирала ее душа, — брезгливо поморщилась Ирис. — Не драматизируйте! Ну, страдала немного. Но в пределах нормы. Душевные страдания повышают шанс на совершенствование в новом рождении, сами знаете. Ваши нарушения куда серьезнее! Ну конечно, женила на себе Кузнеца — и думает, что схватила Творца за бороду!

— Ну-ка, объяснитесь, — тон Розы стал совсем уж ледяным.

— Естественно, объяснюсь! Вы играете не по правилам! Сообщили своему Избраннику слишком большую мощь, намеренно подведя его к выбору женщин, которые максимально выигрывают от способностей Белого Мужа и одновременно дают ему самые эффективные силы! Так нельзя! Неудивительно, что он одолел заклятье моего жреца!

— Во-первых, наблюдайте за своим миром, а не суйте нос в мой! — прошипела Роза.

— Могу ответить вам тем же! — перебила Ирис.

— … Во-вторых! — Роза повысила голос. — Во-вторых, я ничего не подсказывала моему Избраннику! Даже не намекала! Выбор живого меча и единственного лича с целой душой на все Многомирье — это был чисто его выбор!

— Ха, и поэтому вы отправили его в мир в географической близости от этого самого меча?! Не смешите меня! А с личем они связаны, я уже навела справки! Получил меч — рано или поздно и лича бы получил!

— Это ваши инсинуации! Они не имеют ничего общего с действительностью! Мой Андрей просто с мозгами и с сердцем — вот и результаты лучше, чем я ожидала!

— Лучше, чем позволено правилами! Так нельзя! Архитектура Многомирья против!

Женщины яростно смотрели друг на друга, тяжело дыша.

Потом обе хором сказали:

— Так не пойдет, — Роза.

— Нужен арбитр! — Ирис.

Ирис вытянула руку — и над ладонью вспыхнуло нежно сиреневое пламя с розовым оттенком.

— Вызываю Кузнеца! — сказала она официальным тоном.

Роза повторила жест, только ее пламя было скорее розовым, чем сиреневым.

— Вызываю Кузнеца!

Кузнец появился почти сразу: секунда, две — и в беседке вместе с двумя женщинами стоял невысокий, но мощный даже на вид мужчина с аккуратной черной бородкой и усами, одетый в темно-синий рабочий комбинезон, украшенный на кармане знаком шестерни.

— Так нечестно! — воскликнула Ирис. — Почему Кузнец из мира Хемпстедов?! Почему не наш?!

— Потому что я уже знаком с этим делом и оно у меня на контроле, — невозмутимо сказал Кузнец.

— У вас конфликт интересов! В деле замешана ваша жена!

Кузнец поглядел на Ирис с интересом, словно химик на редкую молекулу.

— Вы обвиняете Кузнеца в пристрастности? — уточнил он.

— Нет-нет, это я так, — тут же дала заднюю Ирис. — Извините, занесло.

— Бывает, — покладисто, мягким тоном согласился Кузнец. — Итак, изложите суть конфликта.