— Леди Алинаэль, рад вас видеть! — Люпин слегка поклонился и сел в кресло. — Ваше общество всегда приятно.

— Гэлион, рада нашей встрече. — Алинаэль улыбнулась и положила свои зачарованные очки на тумбочку. — Рада, что ты пытаешься найти решение и смог довериться мне.

— Боюсь, иные исходы будут намного хуже, нежели излить душу вам, Леди. — он слегка меланхолично кивнул, напустив румянца.

— Что же, начнём с того, где мы остановились в прошлый раз. — Алинаэль внимательно посмотрела на него и тоже слегка покраснела. — Если что-то новое вас тревожит, то вам стоит это сказать, я готова выслушать.

— Последнее время мои эмоции стали более интенсивными, я постоянно думаю о полостях разного рода, хотя мне показалось, что после прошлого визита к вам мне стало действительно легче переносить общество Миратиэль. — Люпин слегка нахмурился. — Но теперь я думаю... О вас...

Люпин нагнал ещё три степени краски и забавно задёргал ушками в смущении.

— Вы снились мне этой ночью, но на этот раз навязчивый сон, как меня утешает моя тетя, сменился тем, как меня утешали вы... И в нём мы... П–поцеловались.

— Не вини себя. В—всё хорошо... — в замешательстве от сна, что был в подробностях таким же, как у неё, Алинаэль смутилась даже больше "Гэлиона".— Продолжай.

— Я думаю о вас, признаться, даже сейчас. И мы... — он осёкся и покраснел так, что это было даже слегка неестественно.

— Всё хорошо, продолжай. — заметив, что "Гэлион" может закрыться, Алинаэль уже чуть более спокойно и настойчиво сказала свою привычную фразу.

— Ха... — шумно выдохнув, "Гэлион" встал, подошёл к креслу жрицы и опёрся на него руками, его огромные фиолетовые глаза смотрели в два светлых изумруда на налившемся краской лице. — Я хочу вас... Я хочу взять вашу талию в руки, сорвать ваше красное ажурное платье, излобызать ваши груди, шею и длинные ушки. Хочу порвать, хочу, чтобы тонкие струйки слёз стекали по вашим щекам в момент вашего оргазма. Хочу придавить вас к этому мягкому ковру и залить его любовными соками. Хочу исследовать ваш ротик своим языком, хочу пройтись руками по каждому закрутку вашего тела. Я хочу тебя, Алинаэль.

— Ох... — Алинаэль встала и едва не упала от покосившихся ног, она чувствовала себя как лань в капкане охотника. Скопившаяся вязкая слюна скопилась во рту, от чего она шумно сглотнула. — Я... Я думаю, мы можем найти способ, как справиться с этим... Например, собой...

Договорить она ничего не смогла, томно вздохнув от взгляда инкуба и приземлившись попкой обратно на кресло, она приняла очень неоднозначную позу.

После этого слова инкуб набросился на неё, вторгнувшись в её ротик своим языком. Руки его исследовали приятные большие округлости эльфийки, она что-то пыталась промямлить, но из-за поцелуя, на который сама же неосознанно отвечала, получилось лишь томное мычание.

Руки Алинаэль пытались оттолкнуть "Гэлиона", но после одной робкой попытки они уже стягивали с него рубашку.

Сам инкуб тоже не оставался в бездействии, он нащупал застёжки ажурного красного платья и начал его снимать, словно бы открывая подарок. Едва понятным запахом эмоций он почувствовал давно отринутую застоявшуюся похоть эльфийки, что копилась два с лишним века, он ощутил глубокое сожаление о том, что она пропустила не одного мужчину, к которому испытывала чувства из-за долга, взятого ей по незнанию.

Наконец он снял платье, распахнув перед собой ажурное красное бельё, сотканное из приятной ткани. Не став снимать и его из-за нетерпения, он снял своё исподнее и прислонился к паху эльфийки.

Нежные половые губки, едва видный рыжий ворс лобковых волос, струйки слёз от эмоционального накала эльфийки, рыжие волосы, стекающие огненным водопадом до талии, и ярко-розовые сосочки, раскрытые от сдвига красного шёлкового бюстгальтера.

Эльфийка хотела было сказать, чтобы он остановился, чтобы он не двигался дальше, но, едва отдышавшись, она почувствовала резкую боль от проникновения. Что-то ощутимо прорвалось у неё внутри.

Вскрик боли и приятные ощущения не дали ничего сказать Алинаэль. А дальше она лишь могла хватать воздух ртом между поцелуями.

Едва поняв, что эльфийка начинает приспосабливаться, Люпин подхватил её на руки и жестко скинул на мягкую шкуру, что заменяла ковёр. Эльфийка не успела удивиться первому, как её резко прижали к меху шкуры так, что она даже дышала через раз. Сразу что-то вошло в её лоно, заходя намного глубже в этой животной позе. Эльфийка пыталась кричать от экстаза и боли, но получалось через раз истерично всхлипывать.

Через пару мгновений её прострелил оргазм. После этого инкуб перевернул её на спину и, смотря в её зелёные глаза, из которых текут слёзы, он снова в неё вошёл. Он лишь быстрее и быстрее двигался, а задыхающаяся эльфийка снова содрогалась под ним, но на этот раз что-то горячее влилось в глубь её живота.

Она было уже подумала, что всё кончилось, но Люпин продолжил. Эльфийка расширила глаза от такой страсти и лишь пыталась заткнуть свой крик экстаза в шкуре.

Всё больше и больше соков стекало с их тел, запах разврата витал в комнате, и два потных тела почти без сил содрогнулись в экстазе в последний раз.