Шрифт:
Аппетитные формы эльфийки доставляли как сводящую с ума похоть, так и вполне себе эстетическое удовольствие.
– Раздевайся.
– М!..– одна фраза и даже в полутьме было изменение тона лица от бледного до красного.– Господин, но вы… разве не маленький?
– Ещё слово, и выжму ещё часть твоей души…– Улыбка мальчишки превратилась в оскал.– *Ух, как приятно, но кажется, у меня трещат кости от того напора эмоций, что я выпиваю сейчас из неё*.
– Д-да, господин!..
Медленно стягивая с себя платье, эльфийка лишь распаляла желание своей неловкостью. От чего тело инкуба чуть ли не шло по швам от подпитки.
– В-вот…– эльфийка с неловкостью сбросила с себя трусики.
– На колени.
Зардевшаяся эльфийка опустилась на колени, а глазки инкуба сверкнули фиолетовым.
– *Треск*.– Треск переплетающейся плоти и сгустившийся мрак наполнили комнату, и оба исходили от меняющегося тела.– Ползи, медленно.
– Д-да.– чуть ли не с плачем исполнила команду эльфийка.
Долгую минуту эльфийка старательно, припав к полу на четвереньках, ползла к тому, у кого была её душа в руках. К моменту, как позорная дорога была окончена, демон перевоплотился в более оформленное на вид, но все ещё тщедушное и хрупкое, рёбра его тела походили на остовы изголодавшегося нищего, но бугрились с каждой секундой все сильнее и тело вытягивалось до аристократической стати.
– Хм... И что же мы будем с тобой делать?... – в глазах его не было ничего, кроме голодного пламени похоти, ни намёка на подростковую неловкость, только лишь хищный взгляд охотника, что играется с жертвой.
– Что прикажет господин.– утомлённая эльфийка исполняла указания из последних сил.
– Ложись.
Лёгшая эльфийка приобрела ещё несколько степеней красноты, от чего инкуб явно ловил какой-то извращённый кайф.
Пальчики демона пробежались по телу эльфийки, от чего ушки забавно задергались от смущения. Скромные соски на приятного размера груди, что вмещалась в длань господина, плоский животик, совсем редкая растительность у лобка и мясистые нижние губки, что не были обижены вниманием.
– М-м...– задушенный стон от ласк господина вырывался от нащупанных чувствительных мест.
– *Кусь*– Демон прильнул к уху партнёрши, чувствительно покусывая остроухий кончик, а его язык забегал по поверхности ушка, исследуя его.
– Ах... Господин, ваша раба совсем не опытна в таких делах и чувствует себя очень стра...– Болтливую эльфийку заглушил поцелуй инкуба.– Хмф!
– Хорошая рабыня, корми своего хозяина ещё!
Эльфийка после поцелуя стала ещё более обессиленной, а взгляд её в беспамятстве закатился от волны удовольствия, что причиняли её лону пальцы господина.
– Тц... Уснула...– с досадой отметил Люпин.
Впрочем, я не сильно-то и расстроен, я смог вытянуть из неё сил, чтобы практически полностью походить на нормального взрослого человека. На магию сил у меня точно нет, надо бы кого-нибудь ещё высушить, но вот только не понятно, кого.
– *Тук-тук*– в дверь кто-то постучал.
– Иду...– глазки инкуба блеснули недобрым светом.
– Маэвис, принесла одежду и еду.
– Хмммм...– из щелки приоткрытой двери светились два фиолетовых глаза, что рассматривали ведьмочку.
– А?– с непониманием хлопала белыми ресницами дроу.
Быстрый бросок, и дочь матриарха схвачена в крепкие ручки инкуба, а тележка затянута его хвостом.
– Что-ж... Сейчас мы и поедим.– с нахальной улыбкой посмотрел на схваченное миниатюрное тельце ведьмы.
– Клянусь Ллос! Пусти меня, я не еда!– страх, ярость, смущение и... желание сплелись в эмоциях от ведьмы.
– Проверим!– без разрешения Люпин вторгся в ротик ведьмочки, от чего она опешила ещё сильнее.– Ммм... Сладенькая, значит ли это то, что ты вкусный десертик?
– Мать не простит тебе этого! Она убьет тебя, даже под страхом неудовольствия со стороны богов!
– За что?
– Как? Ты... Ты... Ты мужчина, так нагло себя ведёшь с третьей дочерью и намерен меня изнасиловать, чертов демон!
– Ну я так-то просто с тобой пока играюсь, но если ты хочешь быть изнасилованной, ведьма, то я вполне могу исполнить твоё желание...
– Н-нет... Я ничего такого не желаю...
– Чертов демон, страшный обольститель возьмёт нетронутую никем третью дочь благородной семьи дроу, что никогда не забывает обид, невзирая на все сопротивления он разорвёт одежду, проникнет во все закрытые места и опорочит лоно мелкой ведьмы, провоцируя волны боли и удовольствия, раз за разом доводя до спазмов и жарких криков.
– Я... Ха...– дроу в миг стала кроткой, а в эмоциях, что ощущались Люпин, главенствовала похоть.– Мать будет против такого, она убьёт сначала меня, потом тебя.
– Ху-фу-фу. Думаю, узнай она об этом, она скорее попробует присоединиться. Ну и не пойман, значит, оказался прав...
– Я... Я...– зардевшаяся дроу смотрела в фиолетовые глаза, проваливаясь в их голод всё глубже и глубже.
Поцелуй не дал ей закончить мысль, а настойчивые руки инкуба начали стягивать лёгкое платье с ведьмочки, открывая всё больше и больше нежной кожи аристократки.