Нужный кабинет с бронзовой табличкой «Ст. офицер по работе с населением Н. Дж. Честерсон» нашелся именно там, куда меня отправил дежурный. В нём обнаружился тот самый мужчина, с которым созванивался Фейт.

— Айзек, как я понимаю, — посмотрел на меня Нейл.

— Именно, — кивнул я, — Меня сюда Гримерс направил.

— Можешь не продолжать, — отмахнулся Честерсон, поднимаясь из-за стола и идя к сейфу в углу кабинета, — Лицензию я уже оформил. На неё выписал разрешение на покупку оружия, ну и само оружие…

— Я так понял, что речь идет о бластерном пистолете…

— Ну, это гражданская версия офицерского оружия, — усмехнулся Нейл, — Со слов Фейта, ты бывший военный, потому для тебя ничего нового не будет… Вот, — достал стопку документов офицер, — Прочитай внимательно и распишись.

Вдумчиво изучив содержимое заполненных убористым канцелярским текстом листов, я поставил подписи, после чего Честерсон положил на стол прямоугольную карточку с голографическими печатями и моим изображением в углу.

— Лицензия… На неё можешь зарегистрировать до трёх гражданских версий военного оружия, ещё три охотничьих винтовки и до пяти травматических пистолетов, вроде щокеров или газоразрядных излучателей.

Изучив «документ», я хмыкнул и положил его в бумажник. Лицензия была выполнена в виде информационного артефакта с блокированной функцией перезаписи. Внести в него изменения можно с помощью оборудования, которое имеет соответствующий допуск.

— Артефактор? — хмыкнул Нейл, заметив мой интерес.

— Есть немного, — кивнул я, продемонстрировав кольца на пальцах левой руки, — Но самоучка, хотя и с подтвержденными мастерствами.

— Смотри мне… Не пытайся взломать и что-то сделать с лицензией, — с усмешкой погрозил мне пальцем Честерсон, — За такие шуточки в тюрьму на десяток лет отправишься. С этим строго.

— А изучать можно?

— Изучать можно, а пальцы и нос совать — нельзя, — хмыкнул офицер, — Теперь — оружие.

Из всё того же сейфа Нейл достал кобуру с торчащей из неё рукоятью и подсумок с обоймами.

— Как и обещали. IPG-144 — скорострельный бластерный пистолет, — усмехнулся Честерсон, — Гражданская версия офицерского пехотного оружия… К нему идет целеуказатель и визор… — на стол, рядом с оружием легли несколько миниатюрных артефактных блока с универсальныи креплениями.

— А в чем разница? — поинтересовался я, доставая пистолет из кобуры.

Выпустив на кончике большого пальца с помощью магии крови несколько алых капель, я коснулся считывателя. Оружие тут же ожило. Рукоять «поплыла», подстраиваясь под мою руку. Сразу ставить целеуказатель я посчитал бессмысленным, как и заряжать пистолет. Всё же, мы в полицейском участке, где подобные вещи, в виду обилия систем наблюдения, делать не стоит.

— Полностью убран автоматический режим огня, — принялся пояснять Нейл, — Оставлены только стрельба одиночными и очередями по пять. Уменьшен боезапас каждой обоймы с сотни до пятидесяти зарядов. Так же снижена энергия выстрела, из-за чего эта игрушка военные и полицейские щиты не пробьет.

— То есть, защиты второй и третьей категории, — кивнул я, — А броники?

— Ну, охотничий — только если ты сможешь в одну точку всадить очередь, — пожал плечами Честерсон, — А так… Ну, если дойдет до его использования — бей по незащищенным частям тела.

Вообще, будучи боевым магом, мне стоило бы рассчитывать на свои способности, а не на здешнее оружие, но, как показал мой жизненный опыт, порой проще пристрелить противника, чем закидать заклятиями.

«Если бы у меня не забрали мой Браунинг… И запасной MP5SD6… — мысленно скривился я, — Боеприпасов к ним осталось не много, но это лучше здешних бластеров…»

Увы, но когда наш спасательный корабли был обнаружен патрульным фрегатом, отрядом заинтересовалась федеральная СБ, которая изъяла практически всё, что у нас имелось при себе. Особенно безопасников интересовали оружие и защитные костюмы с их информационными хранилищами. После их изучения нас начали допрашивать, особое внимание уделяя мне и Бримсон. Однако, Лану из своих цепких лап дознаватели отпустили куда быстрее, чем меня.

В моём случае имелись более чем серьёзные вопросы. В первую очередь, касающиеся ритуала принудительной реинкарнации и его последствий. Никаких обвинений мне никто не предъявлял, но вопросы, которые задавали двое дознавателей, казались странными. Будто бы они не могли поверить в услышанное.

Однако, сведения из информационных артефактов, которые записали практически всё, кроме моей и Сайк встречи с балором и ритуала, проведённого по его требованию, убедили федералов в том, что я не являются преступником или одним из танар’ри, маскирующимся под человека. Правда, помимо всего этого мне пришлось пережить тесное знакомство с местными военными целителями и медиками. Оные старательно изучали мои тело и психику в течении нескольких недель, после чего вынесли свой вердикт — психически больной человек-модификант. Именно после этого меня отправили в военный госпиталь, где я таки получил квалифицированную помощь.