Империя — это гордость, честь и стремление не просто казаться, а быть лучшим. Во всем. Сильнейшая армия и непобедимый флот — последствия. Результат. Это олицетворение единства общества и его готовности действовать как единый слаженный механизм, в котором даже самый мелкий торговец будет гордиться тем, что он живет в Империи и продает товары, созданные в его стране, а не за её пределами. Империя, это когда даже самые дешевые и старые машины лучше, чем у других стран новые, люкс-класса, и простые граждане гордятся этим.

Увы, но чтобы добиться подобного необходимо очень серьёзно постараться. И начать надо с умов. Битва за умы — самая сложная. Ибо она состоит из столь громадного числа факторов, что порой сложно отличить где заканчивается работа с населением и начинаются экономика и промышленность. Всё это должно меняться одновременно и комплексно, дабы потоки информации, бьющие по разумам, соответствовали реальности. Без этого любые старания пропагандистов и социологов будут тщетны.

Не поможет сотня статей о том, как хорошо жить в стране, если цены в магазинах отпугивают сильнее вооруженных грабителей. Не получится говорить о величии страны, если её чиновники разъезжают на иностранных автомобилях.

Учитывая же состояние захваченных нами, пусть и тайно, систем, придется очень постараться, чтобы наши желания и планы не разбились о жестокую реальность слабо развитых планет с небольшим населением. Этот путь будет очень долгим и трудным. И для нас в том числе.

— Значит, придется формировать ещё одно подразделение, которое будет заниматься исключительно надзором за подобными детьми, — вздохнул я, обдумав слова Этуса.

— Скорее всего, оно необходимо уже сейчас, — кивнул ученый, — Дело в том, что Дин и его люди смогли установить, что в ряде случаем уже есть вынашивающие детей женщины-инфильтраторы. Да и киборги-отцы тоже. И далеко не всегда речь идет о парах гибридов.

— Как вы это сделали? — покосился я на Симонса.

— Совместно с Филиппом, — хмыкнул тот, — Мы смогли засечь сигнал этой «Дафны» и по нему выявить некоторых из собеседников этой дамочки. Дальше работали по цепочке. Собственно, на данный момент выявлены и взяты под наблюдение с помощью планетарных систем контроля, около трех тысяч инфильтраторов. Остальные… Мы их засекли, но в тех местах, где они проводят основную часть своего времени, банально нет камер наблюдения. А использовать зонды, которые у нас не так много, для контроля за одним-двумя киборгами… Во-первых, расточительно. Во-вторых, у нас их банально не хватит.

— Филипп, — повернулся я к Майерсу, — Есть возможность увеличить производство зондов?

— Нет, — покачал головой инженер, — Не в ближайшей перспективе. У нас следующая линия стапелей ещё только строится. А к ней необходимо собрать оборудование, которого будет раза так в четыре больше, чем у первых. Добавь к этому ставшие на ремонт «Василиски». Это тоже сжирает производственные мощности — оборудование банально занято. Потому сейчас мы не можем заниматься сборкой новых зондов того уровня, что используются на разведывательных операциях. А более простые с контролем за инфильтраторами банально не справятся.

— А постоянный пеленг?

— Тоже не лучший вариант, — покачал головой Дин, — У нас не так много подходящего оборудования для таких мер. Да и мощности у него не позволяют одновременно «держать под колпаком» десять тысяч киборгов. Пара сотен — максимум. Мы же действовали ступенчато, а не разом всех накрыли, когда собирали информацию. Повезло, что эти жестянки не смогли засечь наше творчество.

— И то не факт, — фыркнул Филипп, — Возможно, нам просто дали возможность посмотреть сколько их обосновалась в каждой системе.

Версия, озвученная Майерсом, не понравилась никому из присутствующих. Уж очень неприятным была возможность того, что нас банально водят за нос.

Уже после совещания, оставшись один, я задумался. В голову лезли самые разные, далекие от радости и счастья, мысли. Перед глазами то и дело появлялись кадры из фантастических фильмов о восстаниях машин, а затем они же сменялись книгами Азимова, повествующих о совершенно ином пути. В любом случае, решение, принятое мной, останется неизменным, пока наши новые союзники, весьма странные и жуткие на мой взгляд, на попытаются предать нас.

— Вот как… — покачал головой Дикмор, выслушав Гилбера.

Такого поворота ситуации Чайлз не ожидал.

Чтобы потянуть время, директор СВР потянулся за пачкой сигарет и неторопливо достал одну из них, затем столь же расслабленно закурил и выдохнул облако густого табачного дыма. В голове разведчика было пусто. Даже для него предложение, с которым пришли Фрейр и Гилбер было полнейшей неожиданностью.

Слова, произнесенные Саввой, заставили сердце Дикмора сжаться от обжигающе холодного ужаса. Речь шла, фактически, о государственном перевороте. Жестоком и кровавом, с зачисткой десятком и сотен миллионов чиновников и их семей, тотальным истреблением значительной части населения и национализацией громаднейшего списка предприятий и корпораций.