Спустя десяток секунд рядом с голограммой, сформированной ИИ «Тактик», появился довольно короткий список систем.

— Мертвая зона, — фыркнул всё тот же командир БЧ-2, эл-лейтенант Фарнилье, — Там же кладбища кораблей и планеты-гробницы… Там невозможно вести нормальную разведку — корабли людей до сих пор сохранили множество активных систем… А уж сколько там нежити и нечисти образовалось… Даже в космосе…

«Вот оно! Идеально место! — усмехнулся капитан, глядя на список систем, через которые будет проходить маршрут предполагаемого гипер-прыжка тягача, — Там их найти почти невозможно, а материала для создания флота — громаднейшее количество. Многое вообще можно снимать с давно погибших звездолетов и ставить на новые, проведя лишь небольшой ремонт. Для базы террористов, стеснённых в средствах, более чем подходящее место… Свалка истории…»

— Добавьте данную информацию в сообщение для штаба, — произнёс Лиинелье.

Спустя минуту старпом, не скрывая довольного тона, произнёс:

— Сделано. Отправлять?

— Да, — кивнул капитан, — Отправляйте.

Старпом, услышав приказ, улыбнулся и отправился в рубку дальней связи. Сам Лиинелье, проводив его взглядом, покачал головой. Капитан, несмотря на численный перевес над противником и наличие полноценного фрегата, созданного именно для эскадренных сражений, а не десантных операций или разведки, почему-то опасался грядущего сражения.

Человеческие маги и раньше умели преподносить неприятные сюрпризы народу эльдар. Имея короткую жизнь, большинство из них не отличалось могуществом, что компенсировалось изощренностью и численностью. Теперь же, когда люди получили дар долголетия, фактически выкрав его у перворожденных с помощью генетики и целительства, использовавшихся во время опытов над пленными эльдар, получилась крайне опасная ситуация. Человечество сохранило свою деятельную натуру короткоживущих, изворотливость и запредельную изощренность, но теперь это всё оказалось помножено на громадный опыт. К тому же, долгая жизнь позволила куда большему числу людей банально доживать до возможности получения титула магистра, что по меркам этой расы довольно серьёзно. Ещё не архимаг, но уже не рядовой смертный.

Недавние же события в Федерации, где простецы людей пытались подавить мятеж магов, а в результате умылись кровью даже не добравшись до своих врагов, весьма показательна. Ещё полторы тысячи лет назад Империя не могла себе позволить столь масштабного использования высшей магии. Чтобы провернуть подобный «фокус» и создать сразу несколько черных дыр, способных уничтожать многотысячные флотские соединения, имперцам требовалось собрать в одном месте либо десяток магистров, либо двух-трех архимагов. Однако, мятежники умудрились каким-то образом извернуться и, не обладая такими возможностями, справиться с эскадрами Федерации, да ещё и нанести удар по их тыловым службам и складам. Причем, весьма болезненный не только масштабом потерь, но и политическими последствиями. Именно поражение федерального флота стало тем фактором, что спровоцировал отделение сразу трех других секторов, где среди населения большинством являются именно маги.

«Мы недооценили их… — мрачно подумал капитан, — Думали, что премьер-министр, которого держат на крючке промышленники и банкиры, купленные нами, не допустит появления сильных магов. И не только он, но и все его предшественники… Но эти разумные животные оказались куда опаснее и хитрее…»

Да, эльдар видели своим главным врагом не Доктринат Человечества и Пространство Магистрата, не вольницу нейтрального космоса, не Конфедерацию Независимых Колоний… Федерацию Дракона. Самое большое государство, сформировавшееся на руинах павшей Империи. Именно у Федерации остались главные склады мобилизационных резервом, самые крупнейшие месторождения полезных ископаемых, научные институты и громадное население. Ни Доктринат, ни Магистрат не обладают подобными возможностями. И именно по этой причине разведки Триумвиата все полторы тысячи лет старательно вели политику изничнотежния магов в пространстве Федерации. Осторожно, исподволь, аккуратно… Так, чтобы всё это казалось естественным процессом.

Многое удавалось, но… Судя по всему — далеко не всё.

— Готово! — произнёс вернувшийся старпом, — Мы отправили…

— Льер капитан! — раздался из динамиков циркулярной связи голос командира БЧ-4, — Только что систему накрыло поле подавления. Связь полностью пропала. Мы не можем установить контакт с остальными кораблями эскадры… Даже с помощью артефактов!

— Вот ублюдки, — покачал головой Лиинелье, — Хорошо, что мы успели отправить послание… Интересно, почему они ждали?

— Может, мы просто попали в зону действия поля подавления? — предположил старпом.

— Противник перешел на форсаж! — рявкнул оператор комплекса ККДО, — Судя по данным сканеров, на нас наводят орудия…

— Что наши корветы? — спросил капитан, после чего повернулся к первому пилоту, — Маневр уклонения… Вправо на тридцать четыре. Дадим залп орудиями левого борта.

В отличии от звездолетов людей, предпочитающих использовать форму наконечника то ли копья, то ли стрелы, боевые космические корабли эльдар строили иначе. По курсу вести огонь могли только шесть из восьмидесяти орудий. Из-за этого приходилось совершать маневры разворота, дабы повернуться бортом к противнику. В какой-то степени это было оправданным, поскольку тогда звездолет не просто стрелял по курсу, но и уходил от ответного огня, продолжая своё движение. Однако, минусом подобной конфигурации было то, что увеличивался профиль корабля, доступный для обстрела канонирами тех же людей, например.

Когда эскадры эльдар сталкивались с молодыми расами, такие вещи не были критичны. Едва начавшие свой путь в бездне космоса народы едва ли могли что-то противопоставить технологиям долгоживущих и огневой мощи их звездолетов. С людьми подобная тактика очень часто оказывалась проигрышной. На определенном этапе во флоте даже появились звездолеты, во многом повторяющие обводы фрегатов и крейсеров человеческой расы. Однако, после падения их Империи эти редкие машины исчезли из рядов флота, а прежняя концепция снова стала считать единственно верной и правильной.