Китайцы же знали о противостоянии греков и имперцев. И греческий адмирал не понимал, зачем им было идти на подобный риск.

— Мы же говорили, что это наши корабли! А вы все равно напали! — повысил голос китаец.

Только он это произнес, до Яниса Маври начало доходить, в какую глубокую задницу он попал.

— Я требую справедливости. За меня заплатят выкуп! — сказал он первое, что пришло в голову.

Такая просьба казалось логичной. Все-таки Янис Маври не последний человек в Греции.

— Да, заплатят, — усмехнулся китайский адмирал. — Король Греции только что сообщил, что он даже не знает, кто ты такой.

Янис Маври в шоке распахнул глаза. Никто не собирался его спасать!

— А потому, добро пожаловать в Китай! В следующие девяносто восемь лет ты будешь жить здесь, — с улыбкой закончил китайский император.

И Янис Маври понял, что легкой смерти не будет. Его отправят на каторгу, как обычного пирата. Но девяносто восемь лет он там не проживет. Самые сильные умирают через три года. Но зная свою подготовку, Янис Маври не был уверен, что он протянет и столько.

После операции на границе с Великим Северным Союзом, я вернулся во дворец в столице. Хотелось хоть немного отдохнуть. А потому я в спокойной обстановке смотрел на планшете новости про себя самого. Правда, о том, что я находился именно здесь, знало не так много людей.

Многие издания писали о победах имперской армии, что меня радовало. Другие же кричали о том, что я одновременно развязал целых две войны, и из-за этого может пострадать вся Российская империя!

В общем, мнения были противоречивые. Одни выставляли меня с хорошей стороны, другие во весь голос кричали, какой я плохой император. Но благо, первых было куда больше. А как показывает практика, люди охотнее воспринимают хорошие новости, чем плохие. Адекватный человек предпочитает верить в лучшее — в победу своей империи, так нашей психике куда проще принимать происходящее.

В целом каналы говорили ровно то, за что им заплатили, так что играло роль только то количество журналистов, которое мы смогли перекупить или воздействовать на них другими методами.

А некоторые СМИ вовсе продолжают говорить о том, что я нахожусь на фронте с проверками, что мне только на руку. Людям сообщили, что я объявил два дня официальных проверок, и все это время буду кататься по частям. Даже показали кадры, что военные активно готовятся к этим проверкам — ведь сторонней информации у военачальников не было.

— Алина! — позвал я служанку.

Девушка вышла из тени возле моего стола.

— Слушаю вас, господин, — с улыбкой отвечает она.

Хотя когда мы находились в пылу сражений, улыбалась она куда шире. Видимо, она еще от них не устала. Если убийца вообще может устать от битв…

— Как там на границах дела обстоят? — спросил я у нее.

Было интересно, что происходит во время моего отсутствия.

— В новостях правду говорят, — чуть усмехнулась она. — Военные в ожидании проверок рвут и мечут.

Главное, чтобы порядок они навели по факту, а не только в документах. Они ведь могут засыпать ящики с патронами песком, сверху положить пули, а потом выдавать такие как целые — такое я уже встречал. Да вообще, до чего только не додумываются генералы, лишь бы скрыть пропажи! Благо хоть траву не красят, понимая бесполезность данного занятия.

— Позови Кутузова, — попросил я.

Святозар явился через пару минут и подтвердил слова Алины:

— Все военные в полном шоке от ваших проверок, — довольно ответил Кутузов. — Говорят, что вам делать больше нечего, раз решили два дня просто кататься по частям.

Я улыбнулся. Ведь проверки на самом деле происходили. Но присутствовал на них только мой теневой клон, которого возили на машине от одной части к другой. А тени из моего личного отряда подпитывают клона своей энергией, чтобы он не распался в самый неудобный момент. До конца «проверок» его точно должно хватить.

На самом деле, дотошных проверок не было. Клону надо было лишь приехать в часть, засветить свое лицо, а затем можно и дальше ехать. Один из теневых помощников просит военных передать всю документацию, а когда ее приносят, то говорит, что свяжется с ними, если будут вопросы. И теперь уже все опасаются того, что можно или нельзя найти в этих самых документах.

Зачем я это провернул? Во-первых хотелось банально отдохнуть. Во-вторых, некоторые дела в столице тоже требовали моего внимания. Как минимум, когда я пропал, Федор и Григорий собирались в столицу, а значит их люди активно начали подготавливать почву для захвата дворца.