— Хорошо, — промурлыкала Рита, наблюдая за нами. — Позволь нам сделать тебе приятно.

Я продолжил ласкать Шелли, и она начала извиваться в моих объятиях. Когда провел языком вокруг ее клитора, она закричала и прижала мою голову ближе.

— А! А! Даааааа! Макс! — она кончила, крича в потолок несвязные мольбы и благодарности.

После этого я повернулся к Рите и начал ее ласкать. Она была возбуждена не меньше Шелли, и я чувствовал, как ее тело реагирует на мои прикосновения.

— Пожалуйста, любимый; больше не могу ждать, — умоляла Рита, и я вошел в нее, чувствуя жар её возбуждённой киски.

— Ты такая горячая и узкая, — сказал я, а Рита застонала, прогибаясь в спине.

Я начал двигаться в ней, а она подгоняла меня, требуя любить её жестче. Через пару толчков она кончила, и я почувствовал, как ее киска сжимается и яростно пульсирует, вокруг моего члена.

— Продолжай, да-да-да, ещё! Не останавливайся, — страстно выкрикивала Рита, а я словно сорвался с цепи, жесткими хлопками вгонял в неё свой член. Она двигалась мне на встречу, пока мы вместе не дошли до пика. От кончиков пальцев до самой макушки прошла обжигающая волна кайфа, яйца полыхали, я схватил её за талию и с мощным рывком вогнал глубоко член упираясь кончиком в дно её лоно и взорвался словно вулкан, выплёскивая из себя потоки горячей спермы. — Да!!! Взвизгнула Рита в экстазе, и прогибая спину.

Я насладился моментом, отошёл от супруги, но моё возбуждение не спало, член оставался достаточно твёрдым. Да и Шелли не растерялась, среагировала мгновенно. Она опустилась на колени, её руки обхватили мои бёдра, а взгляд снизу вверх встретился с моим. Глаза супруги блестели, а губы слегка увлажнились, прежде чем она обхватила головку моего члена.

Я почувствовал, как тёплый, влажный рот обволакивает головку моего члена, и волна удовольствия пробежала по всему телу. Шелли начала с медленных, плавных движений, её язык скользил по всей длине члена, касаясь самых чувствительных мест. Я не мог сдержать стона, когда её голова начала двигаться быстрее, а давление губ усилилось.

Член стал крепче, возбуждение усиливалось, кровь прилила возвращая боевой задор.

Шелли останавливалась, чтобы ласкать языком головку, и я чувствовал, как моё тело отвечает на её ласки новыми волнами наслаждения.

Я не мог не реагировать на её действия, член напрягся с каждой секундой всё больше, возбуждение нарастало, а дыхание становилось тяжелее. Шелли чувствовала, как я приближаюсь к пределу, и её действия стали ещё более уверенными и настойчивыми. Наконец, я не выдержал и резко вытащил член из её рта, повернув Шелли к себе спиной.

— Стой на ногах, ноги на ширине плеч, — приказал я, и Шелли, поняв мой намёк, приняла нужную позу. Она наклонилась вперёд, слегка согнув колени, и завела руки за спину. Я схватил её запястья своими руками, удерживая её в нужном положении, и с силой вошёл в неё сзади.

Шелли застонала от моего толчка, и я начал двигаться, лаская её тело и контролируя её движения. — Ооо, да, Макс; как хорошо! — выдохнула она, и я почувствовал, как её тело реагирует на мои прикосновения.

Я продолжал двигаться в её пульсирующею и сжимающееся киске, я чувствовал, как она стремительно приближается к мощному оргазму. Мои толчки становились всё сильнее и чаще. Шелли стонала и делала слабые попытки вырваться, ещё сильнее распаляя меня. Наконец, я достиг предела и мощно извергся внутрь, наполняя её лоно до предела своей спермой. Шелли ответила на это бурным сквиртом, и мы оба замерли в экстазе.

Мы все были возбуждены и удовлетворены, и я чувствовал, как моя любовь к обеим девушкам только усилилась в этот момент.

Удовольствие разлилось по всему телу. Мне казалось, что от таких ощущений мог бы прозреть даже слепой…

Не думал, что человек вообще может испытывать такое наслаждение; но каждый раз мои жены доказывали мне обратное. Я потерялся во времени и пространстве; перестал замечать, что происходит. Вот мы все двигаемся — вспышка — и мы уже просто лежим в обнимку. Мой расслабившийся член все еще в Рите, а Шелли обнимала меня со спины.

— Это было потрясающе, — промурлыкала кошка немного позже, когда мы все отдышались и вытерли испарину чистыми полотенцами. Она лениво потянулась и откинулась на подушки.

— Согласна, — прошептала Шелли; ее тоже разморило. — Никогда больше не хочу расставаться с вами.

— Больше никогда, — пообещал я ей, а сам дал себе обещание, что сделаю всё возможно и не возможное, что бы защитить своих восхитительных женщин…

После того, как мы с девчонками немного пришли в себя и смыли дорожную пыль, Шелли прямо-таки вцепилась в идею угостить нас остывшим бодроцветом. Говорит, Рита так старалась, когда его готовила, — грех не выпить. Ну, а что? Напиток и впрямь знатный: даже холодный, он своих свойств не терял — бодрил как надо и на вкус был отличный. Весь фокус, так сказать.

Рита поначалу от нашего ароматного бодроцвета нос воротила, но когда у нее в животе так требовательно заурчало, что, кажется, все Медвежье Угодье услышало, сдалась — призналась, что тоже не прочь перекусить.

— Это дело! — поддержал я ее. — Силы нам всем сейчас ой как нужны. Пошли, дамы, на кухню, посмотрим, чем богаты.

— О, ты снова собираешься колдовать над своим фирменным блюдом! — Шелли аж пританцовывать начала от предвкушения. Видимо, мои кулинарные изыски произвели на нее неизгладимое впечатление ранее.