Фридрих Шестой не верил, что Дмитрий Романов может провернуть нечто подобное и провести этих людей через границу. Это была некая политическая игра, когда один император говорит: «Мы вас удивим», а второй в это не верит.

Дмитрий Романов только что продемонстрировал свою силу. Дело было именно в этом, а не в том, что Фридрих Шестой не мог подписать разрешение на перевозку пленных.

Вчера цесаревич своим предложением спросил: «Я могу продемонстрировать свою мощь, не боишься ли ты этого?». Однако Фридрих Шестой не был азартным человеком, и не соглашался на сделки, если они не принесут ему минимум тройную выгоду. Он был уверен в своей правоте, поэтому и согласился с предложением Дмитрия Романова. К тому же он сразу отдал распоряжение о дополнительном укреплении границ.

У цесаревича не должно было это получиться. В таком случае Фридрих Шестой смог бы диктовать свои условия. Он бы созвал пресс-конференцию, и Дмитрий извинялся бы перед ним на коленях. Хотя, нет… пресс-конференция — это слишком. Хватило бы того, чтобы цесаревич встал на колени в этом кабинете и принес официальные извинения, а во время этого совершенно случайно зашел бы один из слуг. Потом распространились бы слухи — сперва во дворце, потом в прессе. А как известно, слухами земля полнится.

Сегодня императору Австрии сообщили, что виновные доставлены ровно в назначенное время. Не передать шок и недоверие, которое Фридрих Шестой испытал в этот момент.

Правда, более странно, что уже на рассвете девятнадцать виновных сидели без сознания в камере тайной канцелярии в Вене. Дмитрий Романов никак не мог узнать, где она находится — это секретная информация. Как это произошло императору было не менее интересно.

— М-да… имперцам известно больше, чем хотелось бы, — проговорил он и вызвал другого помощника, который отвечал за международную разведку.

Нужный человек явился через три минуты, и тут же получил вопрос:

— Кто ответственен за часть границы со стороны города Лемберг?.. Нет, неважно, хоть это мой троюродный родственник. Разжаловать на три звания и две должности.

— Будет сделано, — кивнул помощник.

Фридрих Шестой размышлял, что поиски концов будут куда интереснее, чем ему казалось изначально.

Помощник развернулся, чтобы пойти выполнять поручение.

— Постой, — остановил его император. — Я еще не закончил. К вечеру хочу, чтобы на моем столе лежали списки тех, кто отвечает за разведку во дворце императора Российской империи, а в частности — кто следит за Дмитрием.

— Слушаюсь. Ваше Императорское Величество, разрешите уточнить. Мне предварительно распорядиться, чтобы они не сбежали или это подготовка к награждению?

— Первое. Та информация о Дмитрии Романове, которой мы располагаем — полная ложь. Вчера я был плохо подготовлен для переговоров, из-за чего не смог получить от них выгоды, а наоборот — кое-что потерял.

— Будет сделано, — кивнул помощник, и Фридрих Шестой отпустил его.

— Интересно-интересно, — вслух продолжил рассуждать император. — Не часто кому-то удается оставить меня без выгоды. Посмотрим, чем еще сможет удивить этот парень, ведь его империя отнюдь не в том состоянии, чтобы огрызаться. Хм, а как ты поступишь Дмитрий, если сегодня я надавлю на тебя сильнее?

Когда я проснулся в гостевых покоях дворца австрийского императора, свет из окон падал на кровать. Алина уже стояла возле меня с подносом еды.

— Круассаны, омлет с беконом и кофе. Все, как вы любите, — с улыбкой сказала она.

— Давно тут стоишь?

— Ровно две минуты!

— Отчет, — велел я и потянулся к чашке кофе.

Он хорошо бодрит, правда с Одаренными эффекта бодрости надолго не хватает, магия быстро устраняет чужеродные вещества в крови. Но окончательно проснуться помогает.

— Господин, все выполнено в лучшем виде!

— Отлично. Что в итоге использовали? — спрашиваю я.

— Использовали тоннель, что вы порекомендовали. Наши люди неплохо поработали при переправе.

— Хорошо, — киваю я.

— Если честно, то я думала, что мы вовсе этот тоннель не найдем.

Усмехаюсь и отвечаю:

— Этому тоннелю столько лет, что если его до сих пор не нашли, то уже и не найдут. Его еще шестьсот лет назад строили. Открою тебе маленький секрет — этот тоннель там далеко не один.

— Наши еще удивлялись, что это не тоннель, а целая…

— Потише, — перебиваю я.

— Но вы понимаете, это нереально…

— Все возможно, это делалось еще в те времена, когда Австрийская империя не так пеклась о своих границах. Делалось на далекое будущее, если они опять решат, что им мало земель и покажется, что у соседа земли бесхозные и урожай на них зреет гораздо быстрее.

А именно так думали австрийские военные в прошлый раз. И свято верили, что идут воевать за лучшее. Но нет, земля везде одинаковая, вопрос лишь в том, как ее использовать.