Но все же, поразмышляв о напитках в укромном местечке, боец потушил окурок, который бросил в урну, и вместо того, чтобы добраться до заветной бутылки, вытащил новую сигарету. И то верно, каждый раз открывать бункер не станешь, а внутри курить возбраняется строжайшим образом — умники навертели там дымоуловителей.

Достав из кармана телефон, боец снял с него блокировку и принялся рыться в своих социальных сетях. Делать все равно было нечего, торопиться некуда… Просматривая очередное видео, он и сам не заметил, как уснул, откинувшись спиной на земляную стену курилки.

— Я уж думал, у него иммунитет, — прозвучал голос в шлеме сержанта.

— Выдвигаемся, — вместо ответа приказал тот. — Леха, что там с дверью?

Боец, уже несколько часов просидевший в режиме невидимости, дожидаясь, пока кто-нибудь из состава охраны выйдет в оборудованное место отдыха, был занят тем, что снимал отпечатки пальцев со спящего.

— Готов, сержант, — доложил он.

— Камень, — раздался новый голос во внутренней сети русских диверсантов. — Тут везде экранирование. Приборы показывают, что вокруг полно магии, но источников нет.

— Будьте готовы, если что, прорываться с боем, — осмыслив доклад подчиненного, велел сержант. — Помните, для чего мы здесь. Работаем чисто, аккуратно и следов не оставляем. Кто поднимет тревогу, того я самого пристрелю. Приказ понятен?

— Так точно! — хором отозвались его подчиненные.

Электронный замок, хитро замаскированный под пенек, принял отпечатки пальцев уснувшего под действием газ охранника, и русские диверсанты стали по одному просачиваться внутрь бункера.

Это наивные мальчики и девочки пусть думают, что никто не знает, где какая страна хранит ядерные боеголовки. Все, кому нужно, все прекрасно знают — для чего еще висят на орбите военные спутники?

Так что вычислить объект было пусть и непросто, но задача решаемая. А уж получив в руки точные данные, присмотреться к нужному месту да составить план — вообще плевое дело. Разве что переброска на территорию Бельгии получилась долгая, но и так — все замечательно обернулось.

— Господи, им совсем устав не писан, что ли? — с искренним возмущением произнес тот боец, который предупреждал об экранировании. — Все магические устройства переведены в режим ожидания.

— Экономят, — пояснил сержант. — Король запретил даже думать о планах на ядерный обмен, вот и переехали на режим экономии. Все, двигаемся.

Персонал базы был занят чем угодно, но только не несением службы. Конечно, под камерами никто с бутылкой не появлялся, но в комнате отдыха стаканы у служащих не пустовали. В комнате коменданта и вовсе командир спал в обнимку с любовницей из местного персонала.

Прикрытые невидимостью бойцы русской армии спокойно проходили по сверхсекретной базе, вовремя запуская газ так, чтобы персонал и охрана засыпали максимально естественно. Спуск до командного центра занял два часа, но зато ни один из присутствующих людей ни за что не сможет сказать, что уснул не сам.

Дежурный оператор клевал носом и безо всякой отравы. А уж стоило ему вдохнуть нужную дозу, как боец дернулся, стараясь перебороть сон, но все же проиграл химии. Откинувшись на спинку своего кресла, он распахнул рот и, выводя замысловатые рулады, вырубился.

— Чисто, — еще через полчаса доложили сержанту.

— Запускаем процесс, — распорядился тот.

Из подсумков бойцы извлекли детали сложного прибора. У каждого имелся тубус, заправленный строго в соответствии с магическими правилами. Стоило его активировать, как нужный ритуал выкладывался сам собой. Сложная техника, принципы работы которой диверсанты даже не пытались понять.

Что они понимали, так это тот факт, что вот эти маленькие трубочки, которые с таким трудом приходилось тащить на военные объекты, превращают вражеское ядерное оружие в неаппетитную и совсем не опасную кашу.

Когда отряд скрылся, никто так и не смог понять, что случилось нечто катастрофическое. Однако дежурный, который уснул прямо под камерой на посту, получил штраф в размере ежеквартальной премии.

О том, что ядерные боеголовки больше не могут быть использованы, проверяющим предстояло узнать только через месяц.

Рим. Иван Владимирович Моров.

— Олег Александрович, ваш ужин, — сообщила сотрудница отеля, входя в мой номер.

— Хорошо, — не отрываясь от просмотра новостей, кивнул я.

Пока она расставляла блюда на столе, я наблюдал за тем, как здание отеля покидают двое наблюдателей. Я бы, может быть, счел их за постояльцев — все-таки пока меня не было, мало ли кто мог заехать. Вот только эта парочка вышла через служебный выход.