— Мы, кстати, хотели, — сказала Хильда, — пригласить ещё одного знакомого из вашего мира, дедушку-фермера. Но так и не дозвонились, он где-то в путешествии. Ему в этом смысле проще, он может сам заехать на мост, без такси и поезда. Вот и пользуется периодически. В общем, не все сумели приехать, но большинство из тех, кого мы хотели видеть, всё-таки здесь. Мы рады!

На площадке тем временем прибавлялось народу. У сцены народ отплясывал в меру сил, а в противоположной части происходило броуновское движение — бродили туда-сюда, знакомились и болтали. Ёлка сверкала.

Публика здесь была разных возрастов. К Эве подкатил дородный мужик за сорок, трёп у них завязался. Бьёрн отвёл в сторону сестру и о чём-то заговорил с ней, а меня за рукав подёргала Кайла:

— Длинный, ты не обидишься, если мы слиняем по-тихому? Скучновато у вас тут, и надоело попу морозить. У нас просто билеты в клуб на востоке, мы давно собирались…

— Нет, рыжик, не обижусь.

— Ура! Тогда вызови такси нам, будь другом.

Достав мобильник, я заказал машину. Спросил у Кайлы:

— А в рейс вам когда теперь?

— Послезавтра. А завтра будем дрыхнуть весь день.

— Ну, тогда гуляйте. И с наступающим!

— Тебя тоже!

Кайла и Бьёрн, распрощавшись с нами, ушли. Поль с Вэллой отправились ближе к сцене, Илла зашла за ёлку, а Хильде кто-то начал дозваниваться.

— Ага, наконец-то, — сказала Хильда, взглянув на номер и поднося трубку к уху. — Тэсса, привет! Ты где? Выезжаешь? Нет, мы ещё не дома… Что-что? Не слышу! Так, погоди…

Прислушиваясь, она отошла на несколько шагов, оставив нас с Вилмой наедине. Та выглядела сегодня даже роскошнее, чем обычно. На ней была пышная, но короткая шубка, из-за чего модельные ножки казались ещё длиннее. И, словно этого было мало, она надела высокие сапоги на шпильках.

Чуть усмехнувшись, Вилма шагнула ко мне вплотную и спросила зловеще:

— Что, Тимофей, жалеешь, что выбрал не ту блондинку? Ну-ка признавайся немедленно — кто здесь главная красавица? Кто на первом месте?

— Ты, разумеется, — сказал я. — Потому что няша у меня — вне конкуренции, в конкурсах не участвует. Она на такие мелочи не разменивается.

— Ловко выкручиваешься.

Как и в нашу первую встречу, она стояла напротив, глядя прямо в глаза. Сейчас ей, благодаря феерическим каблукам, не приходилось даже задирать голову.

— Прекращай так таращиться, — сказал я. — Психологинь больше не боюсь. Теперь я — кремень. И под ёлочку спрятаться не хочу, вот вообще ни капли.

Она тихо рассмеялась и отвела-таки взгляд. Ничего больше не сказала, лишь пристроилась рядом, касаясь плечиком.

— Ты сегодня вообще загадочная, — сказал я.

— Во-первых, просто соскучилась по вам с Хильдой. Я крайне редко схожусь с людьми, ты же знаешь, и вы — мои единственные друзья, не считая мужа. А во-вторых, я совсем продрогла. Всё-таки в последние месяцы я — на юге, почти безвылазно. Совершенно отвыкла от такой вот погоды, как здесь сейчас.

Она обхватила себя руками от холода, и я приобнял её. К нам вернулась Хильда и констатировала:

— Так-так. Стоило отвлечься на полминуты, как к Тимофею уже примёрзла какая-то белобрысая дылда.

— Да, — подтвердил я, — мы с Вилмой только что признались друг другу в необузданной страсти. Не отвлекай нас.

— Ну, наконец-то. Значит, Арриго уже свободен?

Подошли и Поль с Вэллой. Хильда оповестила:

— Тэсса подъедет через десять минут, но здесь сейчас негде припарковаться. И она спешит, как обычно. В общем, договорились встретиться на соседней улице, там удобнее. А оттуда пойдём домой.

Мы отыскали Эву в толпе, но та увлеклась общением с новым ухажёром, и у них явно обозначались планы без нашего участия. А Илла сказала нам:

— Я, пожалуй, тоже прощаюсь. Всё-таки не молоденькая девчонка уже, устала.

— Да ладно тебе, — засмеялась Вэлла. — Мы с Полем тоже старше ребят, за тридцать, но мы ведь не убегаем.

— Ну, мне-то за пятьдесят, если хочешь знать.

У Вэллы округлились глаза, и она развела руками в немом восторге. Илла подмигнула с довольным видом. Мы выбрались с площадки, дошли до улицы, где ходили машины. Вдоль тротуаров громоздились сугробы, свет фонарей придавал им то апельсиновый, то лимонный оттенок.

Подъехало межосевое такси, заказанное нами для Иллы. Та пожелала нам удачно отпраздновать и забралась в салон. Машина негромко фыркнула, заурчала, брызнула снегом из-под колёс и укатила прочь.

— Ваш наземный транспорт, — заметил Поль, — это что-то с чем-то. Ну, в смысле, мне нравится дизайн у многих машин, технические решения есть очень изящные. Но вот так на улице, в общей массе — неудобно ведь ездить…

— Гуляют слухи, — сказал я, — что ваши флаеры будут к нам поставляться. А может, даже производиться здесь по лицензии.