Я заглянул в киоск, который располагался прямо в здании базы, на первом этаже. Продавщица, недолго думая, оторвала большой кусок от рулона серебристой фольги и ловко запаковала мою коробку. Всколыхнулся флюид, и от упаковки потянуло морозом.

— Три рубля с тебя, — заявила мне продавщица.

— Спасибо, круто. Магию — в массы!

— Для того и сидим тут.

Покупки я уложил в небольшую сумку, которую приторочил к своему мотоциклу, торчавшему на стоянке без дела уже несколько дней. Оседлал его и констатировал мысленно — других срочных дел у меня в Москве не осталось. Все мои экс-сокурсники по Космической Академии пребывали сейчас на практике, и увидеться с ними я всё равно не смог бы, даже если бы захотел. А новые друзья и приятели находились либо на хабе, либо в других осевых мирах.

Я нацепил шлем и вырулил со двора. Заправился на ближайшей бензоколонке и погнал на север, в строну МКАДа.

Вспомнилось — в прошлом месяце я вот так же ехал на «хонде» и вдруг увидел странный дорожный знак. Тогда я ещё не знал ничего про хаб, но ямщицкий ветер меня уже поманил. А дальше закрутилось и понеслось…

Открылся пролив, я выскочил на мост и прибавил газу.

На хабе задерживаться не стал. Попетлял по улицам и подъехал к южному берегу.

Солнце светило справа, дело шло к вечеру. Знойный воздух вихрился вокруг меня, а море сверкало, пока я мчался по очередному мосту.

Южная столица, как и обычно, встречала меня жарой и уличной суматохой. Ретро-автомобили, катя навстречу, то и дело сигналили — их владельцам нравилась моя «хонда». А с тротуаров порой махали особо экспрессивные пешеходы. Здесь любили и технику, и всё яркое, но ещё не успели избаловаться хайтеком.

Вскоре я уже парковался у местного отделения ямского приказа.

Диспетчеры трудились посменно, и не было гарантий, что я застану именно тех, которые нас встречали тогда. Но мне повезло — дежурили те самые три брюнетки в окружении громоздких приборов с циферблатами и верньерами.

Нэринелла, самая бойкая, заметила меня первой. Выскочила из кресла и, приветственно взвизгнув, бросилась обниматься. Её напарницы подключились. Реплики сыпались, как горох:

— А мы уже думали, ты нас совсем забыл и зазнался!

— Вы же с блондиночкой теперь знаменитые, про вас даже в газетах пишут!

— А про шпиона ты нам расскажешь?

— А он тебе рассказал какие-нибудь секреты?

— А ты ведь был на новой оси, которая сегодня открылась?

— Ой, день вообще сумасшедший! Все носятся, как ужаленные!

— А что ты привёз? Это нам подарок?

Я загадочно улыбался, не пытаясь вставить словечко. Лишь минуту спустя, когда их напор несколько ослаб и стали проскальзывать секундные паузы, вручил им коробку и подтвердил:

— Да, это вам гостинец с моей оси.

Фольга зашуршала, коробку вскрыли с нетерпеливыми ахами. Дегустация состоялась незамедлительно и с триумфом. Организовали чай, и я минут двадцать развлекал их рассказами про новую ось. Параллельно они, по очереди надевая наушники, отвечали клиентам и ямщикам.

Наконец я откланялся. Выбрался в коридор, потряс головой и, придя в себя, спустился на улицу.

На глаза мне попалась телефонная будка, и я позвонил Арриго, в его родительский дом. Но мне никто не ответил — здоровяк-железнодорожник был, очевидно, в рейсе, его родители — на работе, а Вилма вернулась к себе на север.

Повесив трубку, я отошёл к мотоциклу и перед тем, как завести его, вслушался в окружающее пространство. Но флюид был спокоен, никаких особенных колебаний не ощущалось.

Впрочем, здесь, на южной оси, мне нравилось. И не было чувства, что я приехал зря. Подсказок не нашёл, но развеялся, девчонок развлёк — уже, в общем-то, неплохо.

Я снова пересёк город и выехал к мосту. Бросил взгляд на порт, видневшийся в отдалении, и понёсся через пролив. Прикинул — за считанные часы я побывал уже в трёх осевых мирах из намеченных четырёх. Оставалась только новооткрытая ось, самая фантастическая.

Толпа у юго-западного моста наконец-таки рассосалась. Обеих блогерш, видимо, утащили в какую-нибудь редакцию. Или, может, в радиостудию, чтобы слышал весь город. Они не сопротивлялись, подозреваю.

Возле моста я затормозил, снял шлем. Суматошный день заканчивался красиво. Огромное медно-красное солнце сползало за горизонт, и слоистые облака над ним напитались розовым светом. Достав мобильник, я сделал фото.

Лишь когда краски стали тускнеть, я завёл мотор, заехал на мост и прибавил газу. Вскоре привычно всколыхнулся флюид, и на том берегу открылся маленький городок на фоне хребта.

Если в южном мире мой мотоцикл смотрелся футуристично, то здешняя публика, увидев его, преисполнялась весёлым недоумением. Но мне это было на руку — я ведь приехал в гости к ребятам из ретро-клуба.