— Сама делегация понимает, как нужно поступить? От этой страны многого не возьмешь.

— Да. Но если накосячит кто-то из императорской семьи, это напрямую покажет силу нашего рода и во что он превратился, — я слегка скривился, не было смысла скрывать свои эмоции при Алине. — Рано или поздно они нападут, в руководстве Австрии люди не слепые сидят. Но мои братья не понимают, что нельзя вечно брать и ничего не отдавать. Нельзя всё время жить на прошлых достижениях, нужно делать и свои — только тогда государство будет развиваться.

— Вы правы, сейчас имперская армия в плачевном состоянии. У нас довольно много техники, которую требовалось списать еще лет десять назад.

Нюансов было много, даже слишком. Помимо истекшего срока службы техники, которая может развалиться на поле боя, хватает проблем и среди руководства. Люди — самый ценный ресурс, но его нужно использовать с умом. К сожалению, не все генералы умеют правильно направлять подчиненных, следить за выполнением приказов, награждать стоящих и наказывать нарушающих устав, отчего страдает и дисциплина. Но это не та проблема, которая волнует меня прямо сейчас.

— Схожу погулять, проветрю голову, — сказал я Алине.

— А я пока уберу на вашем столе, — улыбнулась она.

Я кивнул, разрешая, а сам вышел в коридор. На этот раз ко мне не пытались приставить охрану, видимо, все людские ресурсы были заняты на расследовании произошедшего. Надеюсь, от этого будет толк.

Или же меня не заметили специально — не удивлюсь. Часто приказы моей охране напрочь противоречат здравому смыслу. Интересно, вспомнят ли они об этом, когда я их всех уволю? Сомневаюсь.

Спокойно вышел с территории дворца, вокруг которого находилась облагороженная территория и парки, к одному из которых я и направился.

Размышляя о том, кто мог организовать нападение, шел по аллее между высоких деревьев и клумб с цветами. Здесь была атмосфера умиротворения, но даже ей не удавалось заглушить злость, бурлящую у меня в груди.

Сейчас было утро, рабочий день, и в парке было немноголюдно. Только много мам с колясками и детей.

Но из этой всей картины выбивался юноша аристократического вида, сидящий на лавочке. В дрожащих руках он держал папку, парень сильно переживал.

— Вы не против, если я присяду? Мне кажется, вам нужен собеседник, — обратился я, когда подошел к нему.

— Я не настолько старый, Ваше Высочество, — с грустью ответил он.

Но печаль это была отнюдь не из-за официального обращения, что-то сильно беспокоило этого человека.

— Тебе, извиняюсь, — улыбнулся я.

— Конечно, присаживайтесь, — чуть подвинулся парень.

— Расскажи, что случилось.

— Ничего, Ваше Высочество.

— Я же вижу, что это не так.

Парень тяжело выдохнул и понял, что так просто я от него не отстану.

— Ваше Высочество! Меня зовут Александр Булатов. У меня через час назначена встреча с Евгением Дмитриевичем Егоровым.

Теперь все встало на свои места, и я ответил:

— Вступать в гвардию не лучшее решение. Тебя отправят в Якутию или к рязанскому графу, только там сейчас идет набор из-за постоянных войн с соседями.

— Я справлюсь.

— Должна быть серьезная причина, чтобы принять подобное решение и пойти защищать не свой родной город, рискуя своей жизнью. Спокойной службы ты не увидишь.

— Выбора нет, Ваше Высочество. Мне придется справиться.

— О чем ты?

— Мой род почти угас, но враги остались, — признался Александр. — Понимаете, у меня есть невеста… Мы сбежали в столицу, но и здесь для нас небезопасно. А чтобы получить хорошую защиту, мне нужно устроиться на службу. Понимаю, что туда так просто не берут, но я из военного рода, хоть он и просуществовал всего семьдесят лет.

Склонность к военному делу у парня явно была — дар позволял мне это увидеть.

Немного подумав, я достал из кармана листок для заметок и ручку. Написал на нём номер телефона и протянул Александру.

— Возьми. Позвонишь, скажешь, что от меня и хочешь на службу. Этот человек тебя возьмет.

Александр улыбнулся и ответил:

— Спасибо, Ваше Высочество! Вы не представляете, как это важно для меня.

— Представляю, — улыбнулся и кивнул. — Не медли.

Когда я уходил, Александр уже набирал номер.

После этой встречи осталось теплое чувство, с которым я и вернулся во дворец. Там рассказал о произошедшем Алине.

— Вы дали ему номер Соломонова? — спросила она.

— Да, давно мы к нему людей не отправляли.