— Чисто для справки: игру затеял не я, игру затеяли они. А я всего лишь хочу им показать, что играть надо в своей песочнице.

— Они не могут.

— Это ещё почему? — с любопытством посмотрел я на Кощея. — Что ты вообще о них знаешь?

— Мы говорили с ним бессчётное число раз. Я знаю о них почти всё. В чём-то они похожи на людей. Не так, чтобы внешне, но…

— А как тогда? Духовно?

Кощей утвердительно кивнул.

— Они все — как один человек. У нас есть умные, глупые. Есть добрые и злые. У них не так. Будто один разум на всех. И учатся гораздо быстрее нас. Это мне он объяснял. Вы, говорит, ещё на пальцах считать учились, а мы уже… А дальше он на своём языке непонятном сказал, потому что в нашем, говорит, слов таких нету.

— Язык потому что учить надо, а не пальцы гнуть… То есть, ты хочешь сказать, что напасть на Землю — это было их общее решение?

— Всё так.

— А мотив? Зачем им Земля?

Кощей посмотрел на меня непонимающе.

— Чтобы править.

— Нахрена?

Недоумение во взгляде Славомыса усилилось. Тут до меня потихонечку докатилось, что мы с Кощеем, по сути, куда более далеки друг от друга, чем Кощей и болтавший с ним инопланетянин. Эти твари хотели захватывать другие планеты просто потому, что воистину. Власть, слава, сила, селфи, полетели дальше. И Кощею это было глубоко понятно.

Я не понимал. Ну ладно Кощей. Он наш, человеческий, далеко не ходил. Но поверить в то, что есть целая, мать её, раса, дошедшая в своём развитии до того, чтобы путешествовать по вселенной, научившаяся изготавливать всяческих Разрушителей и Сборщиков, и хрен знает, что ещё, не может найти себе занятия получше, чем кого-то завоёвывать…

Я, блин, в усадьбе своей толком наладить всё не успеваю! Ну вот захвачу сейчас ещё одну — и чё? А если три, десять, двадцать… Да там головняков больше, чем профита! Нет, не понять мне тяги к хапать просто потому, что можешь хапать. Я на более высоком уровне развития интеллекта нахожусь. А значит, не стоит и пытаться разгадать мотивацию.

— Твари есть твари, — объяснил себе я. — Тупые и жадные. И поступать с ними надо просто: убивать.

Вот, другое дело! Одна фигня: для того, чтобы убивать, придётся хорошо подготовиться. Нам нужен спектакль. Декорации, актёры, режиссёр. Спектакль — это культура. А где у нас культурная столица? Во-о-от. Туда и пойдём. Только сначала декорации подготовим.

— Теперь, наверное, тебе нужно вонзить туда меч, — сказал Кощей.

Мы с ним сидели на капитанском мостике внутри яйца.

— «Наверное»? — переспросил я.

— Мечом я в эту штуку никогда не тыкал. Я управлял пальцами.

Я хмыкнул. Ну да, логично. Пальцы у Кощея были золотые, тварные. На них хорошо реагировала инопланетная техника. Я же мог от себя предложить только меч. Не, ну мог, конечно, сходить наверх, в башню, взять там косточку из сейфа и использовать её как стилус. Но это ж сколько телодвижений. Ещё и Земляна увяжется, заподозрит чего-нибудь. Пока-то я ей набрехал, что мы с Кощеем будем тут ревизию очередную проводить. Земляна мигом сообразила, что бухать. А я на то и рассчитывал, потому и пузырь с собой взял для конспирации — вон он, на полу стоит, непочатый.

Я вынул меч и коснулся им голограммы. Та немедленно отреагировала. Показала сверху само яйцо, усадьбу, лес вокруг и дорогу. Только всё это было подёрнуто каким-то красноватым маревом.

— Дальше?

— Дальше думай, что хочешь увидеть.

Я подумал, и изображение изменилось, воплотив мои самые страшные фантазии. Сердце ёкнуло. Всё выглядело до такой степени натурально, что захотелось немедленно бежать и искать выживших. Но я сдержался. Ни одна из надписей, появлявшихся в ходе нашей с Кощеем операции, ничего не говорила об оружии. Значит, это и не оно.

— Получилось, — вяло обрадовался Кощей.

— Сейчас проверим.

Я вышел из яйца и окинул взглядом то, что осталось от усадьбы. Частокола не было. На месте дома — дымящийся кратер. Обломки каретного сарая, флигеля, конюшни. Мне показалось, что я вижу даже обугленную лошадиную тушу.

Полёт!

Я взлетел и с десяти метров пристально осмотрел место действия. Никаких сомнений. Усадьба уничтожена.

— Доволен? — спросил Кощей, когда я приземлился рядом с ним — он тоже вышел полюбопытствовать.

— Да. Очень круто, просто замечательно, давай отключать нахрен.

Отключили, и усадьба восстала из пепла, как ни в чём не бывало.

— Так-с. Ну, судя по вот этому индикатору, создание иллюзии заняло у яйца что-то меньше одного процента имеющихся энергетических резервов.

— Не знаю слов таких, — поёжился Кощей. — О чём говоришь?

— О том, что центр Питера покроет, как бык овцу. Но беспокоит иное. Войдя в атмосферу, эта мразь наверняка будет видеть и другие города… Не наведёт ли его что-то на подозрения?